Девочка-лед

Нет, произнести его он не успевает, воспитательница очень вовремя забирает из маленьких ладошек микрофон. Иначе рифму к слову «удила» услышал бы весь зал. Мать этого юмориста, отчаянно краснея, обещает устроить разнос отцу, который, видимо, был ответственным за подготовку к этому эпатажному выступлению.

Другой товарищ объявляет, что стих рассказывать и вовсе не намерен. Так и заявляет: «Подарок от тебя, дед, мне не нужен. Лучше баловаться весь год буду!» И как заржет!

В принципе, его выбор я одобряю, ведь подарок, судя по набору конфет, и впрямь так себе.

Девочку, исполняющую «синий иней» я все же останавливаю где-то на середине песни.

Прямо не могу больше слушать. Думаю, со мной в этот момент солидарна вся аудитория. Потому что поет девочка, мягко говоря, не очень. Как будто медведь на ухо наступил. Причем дважды.

Доморощенная исполнительница садится ко мне на колени и сбивчиво шепчет заветное желание: «Хочу быть певицей».

Да не дай бог, родная! На российской эстраде и без тебя таких вот «талантов» полно. Куда ж еще-то…

Она получает свой подарок и радостная на всех парах бежит к матери, а ко мне выходит тот самый пацан, который донимает Ульяну.

Прищуриваясь, разглядываю врага. Оцениваю его, так сказать. Этот Архип выше остальных ребят и, в целом, выглядит постарше. Тощий правда. Кучерявый, белобрысый. На морду, как по мне, чересчур смазливый. Глаза стоит подкатывает, глядя в мою сторону. Всем своим видом показывает нежелание тут находиться. Вырос якобы из всего «вот этого». Фэйс его довольно красноречиво демонстрирует отношение к происходящему.

Одним словом — Говнюк, говорю же…

Я подобный ему типаж вижу насквозь. Наверное, потому что и сам вот таким же был.

Все это он произносит монотонным, загробным голосом. Я едва сдерживаюсь, чтобы не расхохотаться. Клянусь, более отвратительного прочтения в жизни не слышал!

— А теперь заново, и так, чтоб дедушке понравилось, — объявляю сурово.

Мальчишка складывает руки на груди, упрямо сверлит меня недовольным взглядом, но, подбадриваемый мамашей-блондинкой, скрипя зубами, все же принимается зачитывать стихотворение по второму кругу. Очень даже с выражением выходит, хоть он и перегибает в некоторых местах изрядно. Клоун…

— Доволен, козел? — спрашивает тихо, когда в итоге я, нехотя, протягиваю ему подарок.

На ногу еще мне при этом наступает. Типа совершенно случайно.

— А то! Ну-ка руку пожми дедушке! — резко тяну его за ладонь, склоняюсь к уху. — Я знаю твой секрет, сопляк! — оповещаю грозно.

— Че? — бычится и пытается оттолкнуть меня, но я только сильнее обнимаю его, изображая добрый дедушкин порыв.

— Вижу, что Лисицына тебе нравится, придурок малолетний. Попробуй по-хорошему с ней, без этих твоих щипков, драк и обзывательств.