Девочка-лед

Здесь можно помыть руки. Санитайзер справа, если что.

В ванной комнате довольно необычно. Как в отеле каком-нибудь. Черная плитка, до ряби в глазах блестящая сантехника и какая-то совсем космическая кабинка. Душ, предполагаю.

— О, оно само льется, — играется Ульяна.

— Не балуйся, — снимая мягкое, махровое полотенце, говорю я ей. — И помни о правилах поведения. Мы же в гостях.

— Да, хорошо Ляль, — кивает она.

— Я сейчас провожу кое-кого, и мы займемся подготовкой к празднику, — с энтузиазмом сообщает Рома, закатывая рукава белого джемпера.

И я только сейчас замечаю, что он испачкан чей-то кровью.

Морщусь и выхожу. Пока парень моет руки, мы ждем его в прихожей. Разглядываем необычную черно-белую картину. На ней изображена дивная девушка-дерево. Вместо волос у нее будто бы ветви. Очень креативно.

— Нравится? — интересуется Рома, неожиданно возникший у меня за спиной.

— Очень, — честно признаюсь я.

Он как-то странно усмехается.

Проводит нас в большую, светлую комнату. Там со стены вещает гигантская плазма, показывая нам сцену из «Простоквашино». Кот Матроскин в этот самый момент пишет письмо.

— Ого! Вот это да, Ром! — восторженно шепчет Ульяна, разглядывая невероятно красивую елку, установленную в углу. Густая, немыслимо зеленая, светится голубыми огоньками. Идеально украшена. Я такие только на картинках видела.

Разглядываю гостиную, но толком осмотреть не успеваю. Потому что глаза мои лезут из орбит. У дивана, на бежевом шелковом ковре сидит Абрамов. Совершенно точно это он!

Я аж останавливаюсь. Испуганно замираю. Наверное, если бы не ребенок… тот самый, которого я видела в доме Беркутовых, так и таращилась бы на того, кто когда-то направлял мне в лицо дуло пистолета.

Он, кстати говоря, тоже на меня смотрит. Только вот удивления на его лице нет абсолютно. Его фирменный прищур выражает скорее некий интерес. Мне почему-то дурно становится. А что если они специально заманили нас сюда…

— Нормально все Ален, — ладони Романа опускаются мне на плечи. — Ян уже уходит. Савелий, я тебе компанию привел.

Мальчишка, лет семи на вид, поворачивается к нам. Он только что запускал машинку по многоуровневой трассе.

Да, я уже видела Савелия. Но сейчас мое сердце сжимается от боли, когда я смотрю на него.

А еще я начинаю переживать. Потому что не могу предугадать реакцию Ульяны, ведь ребенок не совсем обычный… Для его возраста у него довольно короткие конечности и шея. Кажущееся несколько плосковатым лицо. Глаза имеют монголоидный разрез, ушные раковины и носик немного деформированы. Рот приоткрыт.

— В прошлый раз я вас не познакомил, — Рома садится перед ним на корточки.

— Рооома, — улыбается мальчуган, обнимая его за шею.

Парень поднимает ребенка на руки и несет к нам.