Девочка-лед

Однажды она что-то прошелестела насчет него, но подробностей не помню.

Раздраженно потираю шею. Осматриваю кухню, которую мы разнесли. Оцениваю ущерб так сказать. Вряд ли бабушка Алены придет в восторг от увиденного. Действительно надо бы прибраться.

Вот только колошматит меня до сих пор. Зол по-страшному на Алену и на Паровозова этого. Что связывает этих двоих, и как давно — пока не ясно.

На глаза попадается стеклянная тара и граненый стакан. Видать Рельсовый себе приготовил. Я вообще-то не пью, но сейчас руки как-то сами собой тянутся к бутылке. Самогон, по ходу.

Любопытно, эта штука поможет сбить нервное напряжение?

Наливаю прозрачную жидкость в стакан. Принюхиваюсь. Ну, не так уж плохо. Яблоками и древесиной пахнет. Выдыхаю и опрокидываю в себя содержимое.

Нормально. Немного обжигает глотку, но в целом, вполне сносно. Вовсе не отвратно на вкус.

Наливаю еще, устало тру веки. Не успел год начаться, а уже все через одно место. Вместо запланированного мною свидания в ресторане башни «Москва-Сити» я сейчас пью самогон в жопе мира — Бобруйске. В то время как моя Лисицына объясняется на заднем дворе со своим якобы женихом.

Женихом местного бандитского розлива. Тоже мне, Саша Белый недоделанный! Но надо отдать ему должное, в плане драки соперник он достойный. Морду мне вон даже разбил и пару раз крепко засадил по ребрам.

Тепло приятное разгоняется по телу. Никакого жжения и особых неприятных ощущений. Мягенько и не пьянеешь вроде совсем. Зато хоть приотпустило чуток.

Разглядываю свой испорченный свитер. Весь в его кровищи. Так себе картина, если честно. Видела б меня моя матушка или Серый…

Тяжелый вздох. Гнетет прямо ожидание это.

Охота хряпнуть еще. Ничего так пойло. Отставляю стакан и пью прямо из бутылки.

«Почему ты меня не слышишь? Мне надо самой с ним поговорить!»

О чем говорить-то, Лисицына? На черта тебе сдался этот уголовник? Он же утащит тебя на дно еще глубже.

Пью. Образовавшаяся тишина давит на барабанные перепонки. Не знаю, сколько времени прошло, но бутылка опустела, а Харитонова так и не вернулась. Гребаный Паровозов и Лисицына — тоже. Зато мне как-то ненавязчиво в голову бахнуло. Закусывать, наверное, положено. Во всяком случае, дед мой так делал всегда.

Нецензурно выругавшись, направляюсь к раковине. Под ногами хрустят осколки разбитой посуды, вывалившейся из шкафа.

Откручиваю кран. Наклоняюсь. Умываю лицо холодной водой, дабы полегчало. Голову под струю подставляю. Торкнуло-то как неожиданно совсем. Выпрямляюсь, моргаю. Аж плывет все перед глазами. Вот тебе и «мягонько».

И где все, вашу ж налево???

Слышу копошение за спиной.

Оборачиваюсь. Передо мной — суровое лицо весьма миловидной пожилой женщины. Но при этом явно агрессивно настроенной.