Дневник Бриджит Джонс

Зато я тебя видел. Ты разговаривала с Марком Дарси.

– Откуда ты знаешь Марка Дарси? – в изумлении спросила я.

– По Кембриджу. Терпеть не могу этого выскочку высоколобого. А ты, паразитка такая, откуда с ним знакома?

– Он сын Малькольма и Элейн Дарси, – произнесла я и чуть не продолжила: «Ты ведь помнишь Малькольма и Элейн, доченька. Они приезжали к нам, когда мы жили в Бакингеме…»

– Каких еще, к черту…

– Это друзья моих родителей. Когда-то я с ним резвилась в детском бассейне.

– Не сомневаюсь, что резвилась, маленькая развратница, – проурчал Дэниел. – Хочешь, вместе поужинаем?

Внутренний стержень, твердила я про себя, внутренний стержень.

– Ну давай, Бридж, – мурлыкал он, обольстительно склоняясь ко мне. – Нам нужно серьезно обсудить состояние твоей блузки. Уж очень она тонкая. Истончилась чуть не до прозрачности, если присмотреться. Тебе не приходило в голову, что твоя блузка больна… булимией?

– У меня сегодня встреча, – в отчаянии прошептала я.

– Да ладно тебе, Бридж.

– Нет, – отказала я с твердостью, которой сама поразилась.

– Жаль, – нежно произнес он. – Тогда до понедельника, – и окинул меня таким взглядом, что захотелось кинуться за ним с криком: «Трахни, трахни меня!»

– Погоди-ка, – произнесла Джуд, – это не тот ли Марк Дарси, адвокат?

– Да. Что – и ты его тоже знаешь?

– Ну да. Наша фирма с ним сотрудничала. Очень приятный и симпатичный мужчина. А ты говорила, тот парень на индейке был полный дегенерат.

Хм. Вот Джуд, черт ее дери.

Сегодня исторический день. Восемнадцать лет я пыталась похудеть до 54 кг, и вот – свершилось! И это не шуточки весов. Это подтверждено джинсами. Я стройна как березка.

Разумному объяснению это не поддается. На этой неделе я дважды была в спортзале, но такое, хоть и происходит редко, не является для меня чем-то из ряда вон выходящим. Ела как обычно. Чудо. Я позвонила Тому, и он предположил, что у меня глисты. И чтобы от них избавиться, нужно поднести ко рту чашку с молоком и карандаш. (Видимо, глисты любят молоко. Оно им нравится.) Открыть рот. А когда глист покажется наружу, аккуратненько намотать его на карандаш.

– Спокойно, – сказала я, – мой глист сидит где сидел.

Я просто обожаю своего глиста. Я не только похудела, но к тому же не имею никакого желания курить и сосать вино.

– Ты что, влюбилась? – спросил Том с подозрением и ревностью.

Всегда он так. Нет, он не претендует на отношения со мной, потому как, ясное дело, гей. Просто, когда у тебя никого нет, меньше всего на свете хочется, чтобы твоя лучшая подруга образовала с кем-нибудь здоровый и прочный союз. Я задумалась. И вдруг замерла, потрясенная неожиданным, ошеломляющим открытием. Я больше не влюблена в Дэниела. Я свободна.

Хм.