Дневник Бриджит Джонс

Домой я вернулась с четырьмя покупками, ни одна из которых не подходит мне по размеру и меня не красит. Блузка два года пролежит в фирменном пакете за креслом в спальне. Остальные три вещи я поменяю на кредитовое авизо все в том же «Уэрхаусе», которое потом потеряю. Таким образом, я выкинула на ветер сто девятнадцать фунтов, которых как раз бы хватило, чтобы купить что-нибудь очень миленькое от Николь Фари, например малюсенькую футболочку.

Конечно, это моя расплата за суетную и бездуховную беготню по магазинам, за то, что я не готова ходить все лето в одном-единственном платье и рисовать сзади на ногах линии, изображающие швы на чулках, а также за то, что не в состоянии как следует приобщиться к празднованию победы. Может быть, позвонить Тому и предложить организовать посиделки в понедельник (будет выходной день)? Не устроить ли шутливую китчевую вечеринку в честь Дня Победы – как мы делали на годовщину Королевской свадьбы? Нет, над погибшими нехорошо смеяться. К тому же из-за флагов будут сложности. Половина друзей Тома раньше состояли в «Антинацистской лиге», и, увидев британские флаги, они решат, что мы ждем в гости скинхедов. Интересно, что было бы, если бы на долю нашего поколения выпала война? Ой, ладно, пора немножко выпить. Дэниел скоро придет. Нужно приступать к подготовке.

– Ванная свободна, пожалуйста, проходи.

– Ах нет, только после тебя.

– Нет, нет! Сначала ты.

– Право же, я настаиваю.

– Нет, нет, и слушать не стану. Позволь я дам для тебя гостевое полотенце и мыльце в форме ракушки.

Оказавшись наконец в кровати, мы двумя бревнами лежали рядом, не касаясь друг друга. Если Бог существует, я хотела бы обратиться к нему со смиренной просьбой (изъявив сначала глубочайшую благодарность за то, что он столь чудесным образом превратил Дэниела из морального паразита в нормальное человеческое существо), чтобы Дэниел больше не забирался в постель в пижаме и очках, не читал двадцать пять минут книгу и не выключал затем свет, отворачиваясь от меня к стене, – чтобы он снова превратился в голого, одержимого сексом зверя, которого я когда-то знала и любила.

Благодарю тебя, Господи, за внимание к моей скромной персоне.

Как могло получиться, что после вчерашнего неимоверного обжорства я набрала только двести граммов?

Возможно, еда и вес находятся в той же зависимости друг от друга, что чеснок и запах изо рта: если съесть не один зубчик, а сразу несколько головок, то изо рта совсем не будет пахнуть. Видимо, чрезмерное количество пищи не приводит к набору веса: теория очень вдохновляющая, но в голове от нее полный сумбур. Не откажусь от прочистки мозгов. В любом случае, обжорство того стоило: мы с Шерон и Джуд отлично вчера посидели за пьяными феминистскими разговорами.