Контракт на материнство (СИ)

Волков отправился в ванную комнату. Мне хочется пойти к нему, проверить все ли с ним в порядке, я боюсь что он ранен после очередного боя, но не решаюсь встретиться с ним взглядом. Не после того как он видел меня такой. Беспомощной и жалкой. Поэтому, когда он заходит в спальню, я притворяюсь спящей.

Легкими шагами он пересекает комнату, в тишине можно услышать его дыхание. Футболка летит на пол. Звякает пряжка ремня. Матрас прогибается под тяжелым весом мужчины, а я в душе ликую из-за того как бережно он заключил меня в свои объятия. Дыхание Артура раздается прямо над моим ухом, щекоча и согревая.

Все страхи и неудачи начинают казаться такими далекими и нереальными. Ведь самое главное сейчас это то что я не одна.

Почему-то так некстати в голову лезут мысли о Коле. Как бы я его не ненавидела, а мне бы не хотелось чтобы его покалечили за долги. Наверное, пришло время позвонить его родным. Он с ними не общается, по неизвестной мне причине, но думаю его родителям следует знать о проблемах сына."

"— Если притворяешься спящей, то дыши не так быстро, — шепчет он и царапает кожу своей колючей щетиной.

Я стону и прижимаюсь к нему ближе, когда его ласки становятся откровенней. — Больно? — замирает он надо мной, осторожно прикасаясь к моей щеке.

— Нет, уже нет, — завороженно шепчу я, ожидая что же будет дальше и разочарованно вздыхаю, когда Артур отстраняется от меня, поправляя одеяло.

— Тогда отдыхай, поздно уже. Если завтра не поднимется температура, то заберем Лизу, проведем несколько дней дома, с этим синяком под глазом вряд ли у тебя найдется желание выходить на улицу.

— Да, это отличная идея. Лиза обрадуется.

Несколько секунд мы лежим в тишине, а потом я все же решаюсь: поворачиваюсь на бок и кладу голову на грудь Волкова.

Чувствую его размеренное сердцебиение, твердые мышцы, а судя по тому, что он не выглядит уставшим или побитым — на боях он не был.

Волков зарывается пальцами в мои волосы, гладит меня, вызывая по всему телу табун диких мурашек. В его объятиях я наконец-то расслабляюсь и засыпаю. А потом все происходит словно в другой реальности.

Утром он привозит Лизу. Она с радостью мчит ко мне. И да, платье, которое ей купила бабушка и в самом деле ужасное.

От ее искренней детской улыбки на душе становится теплее, а обычно суровый взгляд Волкова теперь искрится нежностью. Мне нравится наблюдать за тем как он меняется в присутствии дочери, а ещё нравится ощущать себя частью их семьи.

Мне приходится объяснять Лизе наличие синяка у меня под глазом, вру что ударилась об дверь. К счастью, маленькие дети слишком доверяют словам взрослых и у неё даже не возникает сомнений в том, что я могла сорвать.

Мы завтракаем, обедаем и ужинаем вместе. Смотрим телевизор, играем.