Эпоха мёртвых. Начало

Кусай их, не кусай — по барабану кошакам, как с гуся вода.

— Интересно, — поразился я.

— Вот именно что интересно. Ты лучше вот что скажи, боец… Вы всё собираетесь только расспросить, как и что, или всё же кто-то помогать согласен?

— В смысле? — немного растерялся я.

— В смысле? — неожиданно разозлился майор. — В очень простом смысле, прям охрененно простом. Нас от дивизии полк остался, офицеры, прапора, контрактники и немного срочников. От Тамани осталось столько же, от бригады и того меньше и ещё от ОДОНа «вованского» полк, от Дзержинки в смысле. Всё. У всех оставшихся семьи, которых в расположение перевезли. От всех нас на всю Москву и область восьми тысяч не набирается, капля в море. Менты разбежались давным-давно, на иных уже самих охотиться приходится. Оставшиеся и неоскотинившиеся к нам примкнули, только сколько их там… Батальона все вместе не набирают. У тебя вот оружие…

Палец майора показал на мой «укорот», висящий на плече.

— Новенькое, всё как надо. Наворотил на него всякого. И при этом ты спросил у нас, как дела, и дальше поехал. Взял бы да постоял бы с нашими денёк-другой, помог. Народ и армия — едины, помнишь, мля? — застыдил он меня вконец.

У майора был безнадёжно усталый вид, и на мне он просто сорвался, это было понятно сразу. Но во многом был прав — армию бросили, своих срочников они распустили по домам сами, если уж быть честными, а теперь своими силами, по своей инициативе, спасают кого могут и многого не требуют, лишь добровольцев в помощь. Но у всех свои дела, все спасаются, оставляя военные заслоны за спиной, и едут дальше.

Однако ещё кое-что у меня в голове мелькнуло после его слов. Не только угрызения совести, но и очевидная выгода, могущая проистечь из нашего разговора, и его лёгкая «шибкоумность», какая у всех военных имеется. И моя «шибкоумность» встречная, тоже ведь служили, знаем, что к чему, и знаем, как такие дела обычно делаются.

— Знач, так, товарищ майор, — выступил я навстречу. — Дней сколько-то я на вас послужил бы, пока народ идёт. С завтрашнего утра, сегодня просто не готов, меня вон люди ждут. — Я показал на «беженцев», толпящихся у «буханки». — В Москву не поеду, далеко, а у меня есть гражданские неподалёку, я говорил, мне ещё и их защищать надо. А вот если выдашь нам, скажем, сколько-то стволов и патронов к ним, то вокруг трассы мы поработаем, не вопрос. Народ у меня боевой, с опытом, кто с каким, правда, но будут стараться.

— Ну блин… ты ещё ко мне домой жить приди, — развёл руками майор. — Стволы дай, патроны дай.

— Майор, знаешь, вот не надо! — изобразил я праведный гнев. — У тебя от дивизии полк остался, а на складах у вас, я точно знаю, по мобпланам — на четыре дивизии. Сидите как собака на сене.