Эпоха мёртвых. Начало

А его «Викинг» уже красовался в кобуре у Любани, которая держалась теперь с ним рядом, стараясь предугадывать желания.

25 марта, воскресенье, вечер

В первый «рейд», пока разведывательный, Толя и Васька выехали вечером, в сумерки. До этого день готовились, делали из ружья обрез, да и вообще немного побаивались начинать, всё больше у Васьки дома водку пили для уверенности.

Сейчас всё же выбрались. Покрутились по городу, заметив на улицах нескольких мертвяков, а кроме них — никого. По Ленинградке в сторону от Москвы шёл целый поток машин.

— Слышь, Толян… — сказал задумчиво Васька, глядя на движение. — А ведь каждый тащит всё, что нажил, как думаешь?

— Ага, — лаконично ответил Толян.

— Может, тряханём кого?

— Где? — удивился заяве Толя. — Никто даже не останавливается, с трассы не съезжают. Чешут по прямой, начнёшь кого валить — свидетелей сотня сразу найдётся. И сколько тогда мусоров ждать?

— Мусоров ждать долго придётся, — усмехнулся бывший мент. — Я с парой мужиков из отдела разговаривал сегодня, звонил им, спросил, что да как. Менты уже все ноги сделали.

— Всё равно на трассе нельзя, — отрезал Толя. — Вояк в потоке тоже до хрена, и на въезде в город бэтээры стоят. Нарвёмся на них — хана. А вот в городе можно привалить кого-нибудь, стреляют сейчас часто, никто и внимания не обратит.

В этом он был прав, звуки выстрелов стали более чем привычным фоном. Они вновь свернули с шоссе в боковые улицы, покрутились по городу без всякого плана.

— Толян, гля! Вон чего нам надо!

У одного из подъездов обычной девятиэтажки стоял серебристый «Гелендваген» с московскими номерами. Толя даже подумал, что это, скорее всего, какой-нибудь приподнявшийся в Москве местный житель решил эвакуировать старенькую маму. Почему он так подумал, Толя объяснить не мог и поэтому ещё более поразился, когда увидел высокого крепкого мужика, выводящего под руку из подъезда бабульку вполне провинциального вида.

— Кто там в машине у них? Стёкла тонированные, хрен разберёшь… — прошептал Толя.

— Если бы кто путёвый был, он бы бабкины манатки тащил, — ответил Васька уверенно. — Баба его или спиногрызы, кто ещё может быть?

Рассуждения Васьки показались Бармалею разумными. Действительно, будь там какой-нибудь мордоворот, то сидеть бы он не стал, помог бы. Толя достал из кармана ТТ, патрон был уже в патроннике. Васька же вытащил из-под сиденья обрез, который он соорудил из ружья, спилив стволы и приклад. Оба опустили окна машины. «Гелендваген» был уже совсем рядом, мужик смотрел на медленно подъезжающий «Паджеро», не подозревая дурного. По наивности решил, подумалось Толе, что в такие дни все друг другу братья. Когда они поравнялись с мужиком, Васька-мент высунул в окно обрез и дуплетом разрядил его прямо в грудь мужику с двух метров.