Это Моя Земля!

— И что, вы их всех того, что ли?

— Ну, может и не всех, пожал плечами Гаркуша. — Но самых борзых и опасных — точно. А тех, что потрусливее, но пошустрее и в бега подался — все равно отловят. Мы уже со «смежниками» из Спецназа ГРУ какой-никакой контакт наладили. Им, если что, до Шереметева ближе, встретят как родных, блин. Ладно, не о том я сейчас с тобой поговорить хотел. Дорогу к вашим областным складам знаешь?

— Вот и хорошо. Тут со всей этой чехардой очень нехорошие вещи происходить начали, — Олег Степанович понижает голос и мне, чтоб лучше слышать, поневоле приходится придвинуться чуть ближе. — Если коротко, довольно много сотрудников милиции вместо того, чтобы выполнять ту работу, за которую им Родина деньги платит, как только запахло керосином, мгновенно «масть сменили».

Я только понимающе хмыкаю в ответ. Тоже мне, новость. А то я сам не понимаю, сколько у нас сейчас «в рядах» всякой сволочи, что в органы пришли с одной единственной целью — власть получить, и под это дело бабла урвать.

— Ну, да, — морщится в ответ Гаркуша. — Америку я тебе явно не открыл. Так вот, это шакалье начинает создавать реальные проблемы. Сам понимаешь, у них остался служебный транспорт, связь, спецсредства, оружие. Они продолжают носить форму, в конце концов. И при всем при этом начали творить форменный беспредел. Грабежи, убийства, изнасилования. Как будто нам обычных бандитов мало, так теперь еще и с этими, мать их, «оборотнями в погонах» разбираться… Но даже это не главное. Основная проблема в том, что в отличие от простых «бандосов» эти знают слишком много такого, чего лучше бы им не знать…

— Например, место нахождения и планировку наших складов, — заканчиваю я начатую полковником мысль.

— Именно. И где стоят, и что лежит, и даже кто и как сторожит… Буквально несколько минут назад на связь вышли парни из охраны складов на Пожарской. Говорят, очень странное, тихое, почти незаметное, и оттого — весьма нехорошее шевеление вокруг них сейчас началось. А свободных сил у нас, как назло — кот наплакал. Вот и решили вас к этому делу подтянуть.

— Товарищ полковник, побойтесь бога, люди двое суток на ногах, да в таком режиме… Д а они у меня сейчас с тюфяков даже под угрозой расстрела не поднимутся.

— Поднимутся, — уверенно тянет он. — Все предусмотрено. На, вот, раздай личному составу. Строго по одной штуке, не больше.

С этими словами Гаркуша протягивает мне небольшой опечатанный конверт, в котором на ощупь чувствуется что-то настолько напоминающее стандартный блистер с таблетками, что, скорее всего, им и является.

— Это, Грошев, коктейль «Будильник» и «Озверин» в одном флаконе. Эфедрин, бензедрин… еще куча каких-то «…инов». Короче, я тебе не учительница химии.