Фея из комиссионки

Люк посмотрел Яне в глаза.

– Ты настоящая королева вечера, Яна Цветкова. Ты – удивительная женщина! Что ты делаешь со мной? Я помню, ты любишь шампанское брют, и приготовил для тебя сюрприз. В твой номер принесли ящик самого дорогого и самого лучшего шампанского, которое я только смог найти за столь недолгое время. Я могу рассчитывать на завершение этого чудного вечера в твоем номере, чтобы выпить с тобой шампанского?

Люк пододвинулся к ней так близко, что она почувствовала его дыхание на своем лице и чуть отодвинулась. Она поняла, что ситуация патовая и что немедленно надо что-то предпринять. Но Яна не успела.

Мартин мощным рывком схватил Люка за грудки и поднял с места, словно тот был надувной лёгкой игрушкой. Хотя итальянец был высок и весил за сто килограммов.

– Слышишь, ты! Только пальцем посмей ее тронуть! Если ты переступишь порог ее номера – я тебя уничтожу! Понял, гадёныш? – Он с силой тряхнул Люка.

Яна повисла у него на руках жалким брелоком для ключей.

– Мартин, прошу тебя! Пожалуйста! Умоляю! Отпусти его! Пока никто не видит. Между нами ничего нет!

– Они что, знакомы?.. – пискнула Эвелина, стремительно бледнея.

– Слышишь, ты! Отпусти меня немедленно! – Люк рванулся из железных объятий Мартина. – Я сейчас вызову полицию!

– Мартин, отпусти его! Ради наших дочерей! Прошу тебя! – Яна уже чуть не плакала.

– Дочерей? – округлила глаза Эвелина. – Каких таких дочерей?

Мартин резко отпустил Люка. Тот замахнулся.

– Нет, Люк, пожалуйста! Не надо! Я всё объясню! – впорхнула Яна между ними. – Мартин, нам нужно поговорить! А пока, правда, успокойтесь! Прекратите! Люк, это мой знакомый! Я его знаю…

– Да неужели? Ты меня знаешь? – тяжело дышал за ее спиной Мартин. – Ты меня еще не знаешь!

– Яна, я не оставлю тебя с ним! Он опасен! – не соглашался Люк.

– Пожалуйста! Поверь! Всё хорошо! Мне нужно с ним поговорить. – Яна схватила Мартина за руку и потащила его в сторону. Ее потряхивало от нервного напряжения. Она оттащила Мартина как можно дальше от гостей, к какой-то двухэтажной хозяйственной постройке, в затейливо подстриженные кусты. – Ты как смеешь набрасываться на человека? С ума сошел?

– Это ты сошла с ума, раз думаешь, что я спокойно буду стоять и слушать, как мужик нагло набивается к тебе на ночь в номер.

Глаза Мартина стали темными, как врата ада. Яна таким его еще не видела.

– Ты мне это заявляешь, а сам проживаешь в номере с цыпочкой с низкой социальной ответственностью? Наглец! Тебе всё можно, да? Я видела, как она голая целовалась с тобой! – Звонкой пощечиной Яна подтвердила значимость своих претензий.

– Вот это что за шум был на балконе… У меня с ней ничего не было и быть не могло, – ответил Мартин, даже не поморщившись. – Ты увидела, что хотела увидеть, я ее не целовал.