Герцогиня в ссылке (СИ)

Легче всего мне давался шар огня. Жаль, я только пару раз смогла его воплотить, там, на корабле, ведь это было опасно.

Что же. Камни действительно моментально съедали воплощённую магию. Первый раз я успела увидеть только начавшийся появляться шар огня, как его будто слизала неведомая сила, прошедшая по моей руке прямо до запястья.

Я ощутила странный холодок по ходу движения этой силы и странное ощущение пустоты. Внезапно всё резко остановилось. Остановилось на запястье. Озадаченная, я пощупала то место, почувствовав тот самый браслет, подарок принца Филиппа.

День сильно измотал меня, голова не соображала, и я решила обдумать эту странную реакцию завтра, на свежую голову.

На следующий день, прямо с утра, я почувствовала себя очень плохо. Состояние моё было похоже на простуду. Я удивилась, ведь за всё время, что мы находились в весьма плачевном положении, мой организм был вполне бодр. Это я заметила ещё в трюме корабля, где купец объяснил мне, что это всё молодость и магия.

Почему же я так плохо чувствовала себя сейчас? Лежала, закутавшись в тёплый, немного колючий плед, и дремала. Кувшин с водой я поставила рядом с собой и только отпивала из него, когда приходила в себя.

Мой страж пришёл ближе к середине дня, начав меня звать и разбудив. Я прокаркала что-то о том, что у меня голова болит и горло дерёт, и не могу я ему отвечать. Попросила оставить в покое. На что тот ещё больше разволновался и заквохвал сверху:

— Да как же. Вытаскивать наружу вас не велено, а как лечить, если магию всю камни съедают? Если только лекарка наша, старуха Мати, которая на кухне работает. Она может помочь. Эм, леди, вы там как вообще? Не помираете?

Я убедила Торка, что пока не умираю, но чувствую себя ужасно.

Самое неприятное, что у меня жутко ломило кости. Как у старушки, вот правда. А ещё меня иногда знобило, но не всё время. И это моё состояние мне совершенно ни о чём не говорило. Простудой я болела не так, совсем не так.

Я заснула под тихое ворчание своего надсмотрщика, просто уплыла в небытие. Проснулась от требовательного окрика старой женщины:

— Осторожно, остолоп! Мы же договаривались, медленно и аккуратно. Вот ушибёшь, откажусь помогать, так и знай.

— Мати, ты уж не серчай, — Сквозь сон я определила голос вредного Торка, который сейчас говорил совсем по-другому, заискивающе.

— Я же говорю, никого звать нельзя. Донесут, ещё и присочиняют от себя. А Лорд велел жизнь этой девице сохранить. Головой, мол, отвечать буду. А ты, Мати, Лорда и сама знаешь.

— Ну ладно-ладно, чего ты. Свои же люди, что я, не понимаю? Сколько раз друг друга выручали. Ладно, должна я тебе, Торк, за внучка. Тише, не торопись, почти спустил. Всё, стой, держи.

Я услышала шорох недалеко от себя, а потом почувствовала прохладную руку рядом с собой.