Я вернусь, когда меня не станет

) Кто купил у тебя ленту для Аркадия Резникова? Только не говори, будто не знаешь, не помнишь…

— Я просто отдала ее. Подарила.

— Но не ему. Не думаю, что он с тобой тесно дружил, но… нравился?

— Сначала — да, потом — нет.

— Алла, с твоей макушкой разговаривать как-то не комильфо, подними голову и смотри на меня.

Девушка выпрямилась и подняла голову, затем покрасневшие глаза — вид жалкий, мордочка заплаканная… Да кто ж виноват? Влезла в историю по глупости, потом лгала, чтоб себя выгородить и, может быть, не только себя, теперь сидит в наручниках и ревет.

— Лента застирана, значит, вышита давно… — заметила Лидия Николаевна. — Выходит, Аркадия ты знаешь не три месяца, как говорила мне.

— Лет пять, — призналась Алла.

— Кстати, как его настоящее имя? Паспорт на имя Резникова Аркадия фальшивый, его зовут…

— С Ирмой его знакомила ты?

— Да. Меня попросили…

— Кто? (Алла опустила глаза, губы ее задрожали.) Просила женщина, так?.. Алла, ты покрываешь убийцу… Будешь молчать, пойдешь как соучастница!

Девчонка давилась рыданиями, вздрагивала, от напряжения зажмурилась. Если Стива с Костей привыкли ко всякого рода реакциям, потому оставались спокойными, то Эдик занервничал, заерзал на стуле, его доброе сердце тронула жалость. Лидия Николаевна метнула в него такой взгляд Зевса в гневе, что он замер в неудобной позе. В этот момент раздался звонок, который она не хотела пропустить, потому бросила:

— Уведите подозреваемую, продолжим позже.

— Пожалуйста… — принялась хныкать Алла. — Отпустите меня… я никуда не денусь, приду, когда скажете… пожалуйста…

Нет, Лидия Николаевна махнула рукой, мол, не до тебя, и, дождавшись, когда ее вывели, включила громкую связь, положив смартфон на стол.

— Лидочка, это Тимофей Давыдович…

— День добрый. Что скажете?

— Ты присядь. А то новость у меня очень и очень странноватая…

— Да говорите же! Я баба крепкая, могу и стоя, и лежа, и вниз головой выслушать.

— Лида, ты уверена, что протокол подписывал Шубин Даниил?

— Конечно. Это было при мне. Или вы шутить изволите, Тимофей Давыдович? Я же вам подробно рассказала о следствии и проблемах.

— Не шучу я, а подготавливаю тебя психологически к необычному повороту… В общем, подпись на протоколе и подпись в банке неидентичны.

Лидия Николаевна завесила театральную паузу, так как понять не могла — как такое может быть? Нет, ясно: Даниил Шубин мошенник, преступник, но в банке-то за денежки расписывается он! Она серьезно зависла, а графолог на другом конце провода посчитал, что Лидочка ждет дальнейших объяснений, и продолжил:

— Вначале мы сверили с образцом в банке, потом я попросил сверить с другими документами, где ставилась подпись. Суммы, скажу тебе, фигурируют очень крупные, но ты потом сама сделаешь запрос и полюбуешься.