Я вернусь, когда меня не станет

Ирина отпустила Георгия, робко повернулась спиной к фонтану, а он мигом отошел, заметив все же нечеловеческую панику в ее глазах. Пока отходил, подготовил смартфон и громко скомандовал:

— Так, снимаю! Ира, ну, что ты просто стоишь? Позу какую-нибудь прими… руки хотя бы раскинь… Ты же как деревянная. (Она, словно механическая игрушка, раскинула руки в стороны, но он остался доволен.) Молодец! И еще разок… Улыбку, улыбку дай!.. Умница моя… Снимаю!

Даниил и девушка прошли мимо, они были поглощены друг другом, периодически целовались, бросали друг другу короткие фразы.

И не обращали внимания на Ирину с Георгием, ну, фотографируются люди на фоне достопримечательностей, явно туристы. Но до обоих «шпионов» донесся их короткий диалог, сначала услышали девушку:

— …а тут ты звонишь! Я сбежала с работы! Ужас!

— Но приказал-то я, — сказал Даниил. — Ты не смела ослушаться.

— Не смею, — рассмеялась она. — Куда мы?

— Сначала в суши-бар, потом к тебе…

Девушка припала губами к его губам, и все это — чуть ли не бегом, потому следующих фраз «шпионам» не удалось подслушать, парочка удалялась быстро.

Ирина держалась за сердце, а вслед влюбленным смотрела, открыв рот буквально, и дышала, будто у нее приступ удушья.

— Расслабься, — сказал Георгий, идя к ней.

— Думала, умру на месте, — едва слышно пролепетала Ирина, когда он подошел, уставившись в свой смартфон. — Даже в глазах потемнело. Получилось?

— А то! Я лучший фотограф, а ты модель неважная. Смотри…

Снимков удалось ему сделать несколько, разумеется, Ирина находилась где-то сбоку, а то и вовсе торчала одна ее рука. Она увеличивала снимки, чтобы рассмотреть девушку, Георгий смог сфотографировать ее во всех ракурсах — профиль, анфас, с наклоном головы, во время поцелуя.

— В твоем смартфоне хорошая камера, — сказала Ирина, отдавая трубку. — Снимки отличные, только… зачем нам его девушка?

— В кубышку, — улыбнулся Георгий. — Думаю, Стива нас похвалит.

Она снова смотрела вслед удаляющейся парочке, которая превращалась в две точки, прилипшие друг к другу. Только теперь на ее лице отражались другие эмоции, немножко непривычные — мягкое и нежное личико Ириши приобрело налет, с каким, наверное, только ведьмы готовят месть.

Во всяком случае, Георгий никогда не видел такой адской сосредоточенности, жесткой линии бровей и упрямой складки между ними, напряженных губ и таких глаз не видел, в которых застыли смертельные стрелы. Ее нужно было отвлечь, а то кинется вдогонку и побьет мужа вместе с его дамой сердца, он шутливо сказал:

— Как же он счастлив, что наконец тебя не стало. Ревнуешь?

Не отвлек, Ирина еще и голову слегка опустила, как будто собралась бодаться, и процедила с большим чувством:

— Глупости.