Игрушка императора

Обнаружилось, что мы в процессе целования добрели до кровати, и теперь Динар, в своем нормальном виде, то есть уже никакой не огненный и не ракард, лежал на каменном ложе, чуть приподнявшись и опираясь на локти, а я сидела на нем. Ну это я сейчас сидела, а до этого практически лежала на нем же, удерживая его лицо руками, чтобы не вырвался.

— Слушай, Кат, — Динар облизнул губы, попытался отдышаться, потом как-то обиженно проговорил: — Мне казалось, что принцессам полагается быть целомудренными… и скромными.

— Рыжий, где ты видел скромных принцесс? — задала я вполне резонный вопрос.

— Ну не знаю… в сказках.

Представила себе сказочку про очень целомудренную принцессу… Ну, если Динар сказание об одиноком орке превратил в нечто, то даже боюсь себе представить, что ждет принцессу.

— Кат, ты о чем задумалась?

— О целомудрии. — На самом деле пытаюсь представить себе сказку в исполнении Динара.

А правитель Далларии тряхнул головой, заставляя налипшие на лоб волосы откинуться назад, и внес неожиданное предложение:

— К гоблинам целомудрие. Продолжай.

Я пожала плечами и продолжила. Мне нравилось. Удовольствие доставлял уже сам процесс склонения над Динаром, когда его глаза по мере моего приближения становились все больше и темнее, а дыхание прерывистым, точнее, рыжий вообще дышать переставал. А затем легкое прикосновение к его губам, ощущение его лица в моих ладонях… И я даже чувствовала, как бьется его сердце, а уж каждый глухой стон…

— Стой! — рыжий схватил за плечи, без труда поднялся, удерживая меня на весу, затем осторожно положил на каменюку, развернулся и вышел.

Да что там вышел, он почти вылетел, на выходе вновь став огнем.

И все бы ничего, но не мог бы он вернуться и продолжить?!

— Динар, — крикнула раздосадованная я.

— Что? — глухо отозвались за порогом.

— Динар, ты издеваешься?

— Динар, вот где ты видел целомудренных принцесс, а?

— Да при чем тут принцессы… ты, Кат, умудрилась стать оркой Лесного клана. А у них целомудрие до свадьбы блюдется строго, брак один на всю жизнь и… и, в общем, я твоего шенге уважаю, но уже второй раз в своей жизни мечтаю придушить. Я же не каменный!

Сев поудобнее, я раздраженно спросила:

— Динар, а где логика?

Явился. Огненный. Подошел, встал перед валуном, под постель затесанным, хмуро смотрит на меня и выдает:

— Кат, в большинстве человеческих поступков логика отсутствует как таковая, усвой уже, наконец.

— Сложно, — честно призналась я.

Динар сел рядом, взял за руку и спросил:

Лучше бы целовал дальше или мне не мешал его целовать… Слезы хлынули, едва глаза узрели неподдельное сочувствие, и вскоре я опять сидела у рыжего на коленях и жаловалась, жаловалась, жаловалась… Даже не подозревала, что мне было настолько тяжело, пока не начала говорить об этом.