Игрушка императора

И я смотрела на кесаря, а он… просто улыбнулся. Ласково!

Ослепительный взрыв белого света! Меня ослепило, остальных разбросало по храму. Я отчетливо услышала стон Аршхана, ругань Динара и отчаянный крик айсиры Грахсовен, которая, кажется, уже пришла в себя.

А затем раздался спокойный голос кесаря:

— Мейлина, Арриниэль!

Это явно приказ к действию! Их нужно остановить! Я попыталась встать или хотя бы открыть глаза… Не сумела совершить ни то, ни другое и с глухим стоном вновь сползла по колонне вниз. Нестерпимо болела голова, ужасающе болело все тело, дышала я с трудом. О Великий Белый Дух, что происходит?!

— Закономерное, нежная моя, — прохладные пальцы легли на затылок, и сразу стало легче.

Но затем я вздрогнула, осознав смысл этих слов. Все еще не открывая глаз, попыталась отодвинуться от кесаря. Не позволил. Держал до тех пор, пока боль совсем не ушла, а глаза не вернули способность видеть.

И я увидела… Тот же храм, те же действующие лица. Лору, лежащую на алтаре, айсиру Грахсовен, прикованную к колоннам в дальнем конце сооружения, Мейлину, протянувшую руки к кристаллу оракула, от чего тот все увеличивался и полыхал разными оттенками, и Арриниэль, удерживающую чашу… у груди Динара!

В следующее мгновение поняла весь ужас положения — Динар и Аршхан вновь были прикованы!

— Ваша идея с кристаллами, коварная моя, не работает. Точнее, работает, но хаотически, — негромко, так, чтобы услышала только я, произнес Араэден. — Я пытался, много раз. Пришлось посетить несколько миров, но попасть в свой мне таким образом не удалось.

В этот миг я не слушала кесаря, я в ужасе смотрела на Динара. На кровь, ритмичным фонтаном бьющую из его груди, лишь частично попадавшую в чашу, а в основном стекающую на пол… Много, ужасающе много крови!

— Не убивайте его, — взмолилась я, не отрывая взгляда от рыжего.

И услышала спокойный, равнодушный ответ того, кто, несомненно, победил вновь:

— Только смерть открывает путь между мирами, нежная моя. Смерть жаждущего жизни позволяет построить наиболее надежный тоннель.

Триста лет опыта, железная воля, абсолютная безжалостность — все это кесарь! Смотрю на него и понимаю — я проиграла. Вот только принять поражение не могу! Просто не могу!

Глаза пресветлого сверкнули ярче, губы превратились в две тонкие линии. Кесарь поднялся, отошел от меня, и вскоре его руки касались огромного ярко-алого пульсирующего кристалла, замутняя камень вливаемой силой с зелеными, синими, красными всполохами. Араэден вливал нашу силу!

— Путь готов, — произнес император, — Арриниэль, мне нужна смерть!

Мгновенно последовал спокойный ответ предательницы:

— Да, повелитель! — И тьма, вручив собранную у нас кровь кесарю, взяла в руки меч и направилась к Динару.