Игрушка императора

— Я готов прощать тебе многое, подлая моя, — прошипел кесарь, склонившись к моей шее, — но я никогда не прощу предательства, Катриона! Запомни это!

Вздрогнув от озноба, ледяным узором страха пробежавшегося по спине, продолжаю молчать, стараясь ни о чем не думать. Сказать хотелось многое, но теперь я высоко ценила возможность дышать после демонстрации силы этого бессмертного.

— Страшно? — прошипел кесарь и, не дожидаясь ответа, исчез в открывшемся портале.

Я осталась взирать на полученное в результате брака имущество в размере: империя — одна штука, подвластные государства — сорок семь штук, подконтрольные территории — весь Рассветный мир. И за это имущество, как и за жизнь Динара, я планировала бороться жестко и непримиримо. Благо кесарь оказался достойным учителем! И только что наглядно продемонстрировал мне необходимость его скорой смерти!

Дилемм больше не было, я сделала выбор.

В одном мой вызывающий ужас супруг ошибся — страшно мне тогда не было. Тогда я просто приняла решение о его убийстве, и страшно мне не было совершенно. Страшно стало утром, когда после быстрого завтрака я отправилась в заведение «Крылья феникса», получила доступ к украденным еще ночью из архива документам и ознакомилась с ними.

— Сколько у меня времени? — присаживаясь к столу, заваленному древними свитками, полюбопытствовала я.

— До заката, — лорд Аласт лично запер двери в собственный кабинет. — Вы будете одна работать с документами?

Молча кивнула. Мой бесценный Свейтис прибыл в Прайду накануне, но его я засадила за работу по текущей документации империи, Райхо еще вчера отправила урегулировать вопрос денежной компенсации с родителями убитой служанки. Девушку было жаль до слез. Впрочем, от помощи секретарей я отказалась по иным соображением, нежели их занятость, — кесарь не должен был знать! Следовательно, все запрещенное я буду делать сама.

— Бумага и перо? — предложил Аласт.

— Не потребуется, — кратко ответила я, протягивая руку к сборнику указов кесаря трехсотлетней давности.

И вот спустя час мне действительно стало страшно. Очень-очень страшно. Страшно настолько, что, уронив очередной тяжеленный том, я до крови прикусила губы, стараясь не стонать от бессильной ярости, от леденящего душу ужаса абсолютной безысходности. Не помогло, и в итоге я просто закрыла лицо руками, с ужасом осознавая страшный факт — с каждым годом кесарь становился сильнее! Триста лет сплошного усиления и упрочения позиций! Мне нечего было противопоставить его силе, его уму, его власти! Совершенно нечего… кроме собственно голого энтузиазма и способности добиваться цели любыми путями. Но даже в этом я откровенно проигрывала кесарю, который, судя по всему, нашел прекрасный способ увеличивать свою магическую силу.