Игрушка императора

— Динар, — искоса взглянула на него, — я вернусь к супругу, это не обсуждается!

Серые глаза сузились от ярости, и, не дав мне сказать, рыжий перебил:

— Нет, Кат, и это не обсуждается. Мы думали, что ты защищена, я искренне полагал, что кесарь не сумеет причинить вред. Но теперь… Мне плевать на последствия, Катриона.

— А мне нет, — тихо ответила я.

— Кесарь перебесится и успокоится! — Правитель Далларии, кажется, уверился в том, что наш бессмертный — белый и пушистый. В смысле, Белым Духом подрабатывает.

Тяжело вздохнув, я попыталась объяснить:

— Ты не понимаешь, Динар.

Если я не вернусь, он уничтожит Оитлон. Он действительно это сделает, — теперь я говорила, повысив голос, чтобы слышали все. — Пойми, кесарю плевать на Рассветный мир, потому что это не его мир.

Гнетущая тишина охватила присутствующих, я же, стараясь сохранять спокойствие, выложила имеющуюся у меня информацию:

— Кесарь был перенесен к нам триста лет назад. Как — я не знаю. Зато точно известно, что его пытались убить в его собственном мире, потому как в наш он явился искалеченным полутрупом с тремя кинжалами в груди. — Тяжело вздохнув, я хмуро добавила: — Голову ему нужно было рубить.

Голову! Чем они думали?!

Орки переглянулись, потом один из белых хрипло спросил:

— Утыррка дочь Джашг?

— Приемная, — Та Шерр смотрел на меня, посмеиваясь.

— Утыррка не только воинственная, но и кровожадная, — сказал темношерстный, и теперь начали посмеиваться все.

— Утыррка еще и умная, — неожиданно разозлилась я, потому как их насмешки были оскорбительны. — И мне хватило суток, чтобы выяснить о кесаре две непреложные истины — этот гад абсолютно бессмертный и его сила непрерывно растет!

Посмеиваться орки перестали, все нахмурились и вновь уставились на меня.

Успокоившись, я продолжила:

— Триста лет кесарь впитывал чужую силу. Как он это делал, мне неизвестно, но что касается выпивания силы у женщин — через поцелуй.

Полное ярости ругательство на далларийском нарушило повисшее гнетущее молчание. Зато шенге, мой умный шенге, задал главный вопрос:

— Утыррка помнит мудрость земли?

— Да, — кратко ответила я, храня этот маленький секрет лесных.

Мне улыбнулись Рхарге и остальные орки моего племени. Они поняли, о чем речь.

Мое племя! Да, это гордость, каюсь.

После данного лирического отступления я продолжила:

— Мне известно, что кесарь читает мысли, и есть подозрения, что он считывает мысли всех окружающих. К сожалению, я не выяснила радиус его восприятия, но… выясню.

— Он узнал… вчера? — хрипло спросил Динар.

— Да, — я оглянулась на него, встретила напряженный взгляд и улыбнулась. — Мы справимся, Динар.

— Даже не сомневаюсь, — хрипло ответил рыжий. — Но меня не устраивает твое нахождение возле этого… бессмертного.