Юнкер

Но говорить об этом Гижицкой я, конечно же, не стал.

— Но у вас необычный Дар, князь… — Гижицкая снова протянула руку и коснулась моего плеча. — И за это время он стал вдвое сильнее. Я больше не смею заглядывать в ваши сны… но порой они сами находят меня. Боюсь, одной мне не под силу разорвать нашу связь — даже если бы я того желала.

— Да. Вашу и мою, князь. — Гижицкая погладила меня по щеке и потом ткнула кончиком пальца себе в лоб. — Я чувствую вас, даже когда мы далеко друг от друга. И это не всегда… можно назвать приятным.

Только этого мне не хватало. Для полного счастья, как говорится.

— Не сомневаюсь, — буркнул я, на всякий случай, отгораживаясь еще сильнее. — Не знаю, что именно в моих силах, но постараюсь больше все не тревожить, графиня.

— Как пожелаете, князь. — Гижицая улыбнулась — но ее лицо вдруг снова стало серьезным. — Но я не стала бы искать встречи с вами, если бы дело было только в снах… Хоть, признаться, мне от них и не по себе.

— Тогда в чем же, графиня? — поинтересовался я. — Вы говорите загадками.

— Боюсь вас рассердить. Вы не тот человек, с которым мне бы хотелось ссориться… — Гижицкая демонстративно потерла запястье — там, где загорелой кожи коснулись мои пальцы. — В тот день, когда мы впервые встретились, я коснулась вашего разума. И обнаружила ментальный блок?

— Ваша память, князь. — Гижицкая коснулась своего виска. — Немалая ее часть скрыта даже от вас самих. И скрыта… кем-то другим.

— И кем же? — Я зачем-то огляделся по сторонам. — Менталистом?

— Не знаю… возможно. — Гижицкая почему-то начала говорить тише, хотя в кабинете мы были вдвоем. — Кем-то намного, многократно сильнее меня. Такой блок сложно даже обнаружить. Не говоря уже о том, чтобы снять.

Интересно, сколько еще людей это заметили? Багратион… вероятно. Может быть, княгиня Бельская — еще тогда, в больнице.

И дед — почти наверняка.

— Ошибки быть не может, князь. — Гижицкая улыбнулась, но ее взгляд остался смертельно серьезным. — Я не самый сильный менталист в столице, но кое-что вижу не хуже Одаренных высших классов. С вашей памятью крепко поработали.

Ничего нового. Хотя…

— Зачем вы рассказываете мне все это, графиня? — спросил я.

— Просто желаю помочь. — На этот раз Гижицкая обошлась без своей фирменной обольстительной улыбочки. — Блок уже сейчас поврежден, и рано или поздно ваш Дар сломает его окончательно. Но на это уйдет время… может быть — годы.

— И чем же вы поможете мне, графиня?

— Я могу попробовать снять блок, — промурлыкала Гижицкая. — Конечно же, если вы мне доверитесь, князь.

— Неожиданно. — Я почувствовал, как по лицу сама собой расползается недобрая ухмылка. — Даже не хочется спрашивать, чего вы попросите взамен.

— Ничего, князь. — Гижицкая покачала головой.