Лекарь Империи 4

Она как раз сортировала карточки пациентов, но ее взгляд был украдкой направлен в мою сторону. Когда наши глаза встретились, она тут же густо покраснела и, смутившись, отвернулась, уронив стопку бумаг.

Вот только поклонниц на работе мне не хватало. Лишние проблемы, лишние сплетни.

— Да пусть смотрит, бедняжка. Мне-то что с того?

'Ну как же! — хихикнул Фырк. — А что, неплохо бы гарем завести! Одна у тебя уже есть — эта твоя Вероника. Вторая вот, Яна, уже на подходе. Может, еще кто подтянется, если постараешься…

— Не собираюсь я никакой гарем заводить, — мысленно отрезал я. — Мне и одних отношений вполне достаточно.

Чем спокойнее, тем лучше. Вероника… она все, что мне сейчас нужно. Красивая, умная, страстная, а главное — понимающая. С ней не нужно играть в игры. Чего еще желать?

В столовой, пахнущей кислой капустой и компотом, я встретил Славика. Уставший терапевт, увидев меня, тут же вскочил из-за своего столика и, схватив поднос, подсел ко мне. Вид у него был крайне взволнованный.

— Илья! Хорошо, что я тебя встретил! — выпалил он, едва опустившись на стул. — Ну что там? С моим испытанием? Шаповалов что-нибудь решил? Ты говорил с ним?

— Пока не знаю, Слава, — честно ответил я, отодвигая несъедобного вида котлету. — Я же только сегодня вернулся, сам видишь, какой аврал. Еще не успел с ним толком поговорить.

— Понимаю, — Славик заметно поник. — Просто… жду не дождусь. Жена уже всю плешь проела — когда, мол, тебя переведут, когда зарплата вырастет…

— Я поговорю с ним сегодня же. Обещаю узнать и сразу тебе сообщить, — заверил я его. — Терпение, Славик. В нашем деле без него никуда. Все будет хорошо.

— Надеюсь, — он тяжело вздохнул, без всякого аппетита ковыряя вилкой в тарелке. — Я очень на это надеюсь.

* * *Зал заседаний Владимирского отделения Гильдии Целителей наконец опустел. Остались только двое — Магистр Аркадий Платонович Журавлев и его коллега, Алексей Петрович Воронцов.

— Ну что, коллега, — Журавлев с удовлетворением откинулся в своем массивном кресле. — Довольны результатом нашего небольшого спектакля?

— В целом да, — Воронцов налил себе стакан воды из графина. — Хотя должен признать, этот Разумовский — крепкий орешек. Не испугался, не прогнулся.

Они вели себя как равные, что со стороны могло бы показаться странным — формально Журавлев, как глава отделения, стоял на несколько ступеней выше.

Но оба знали, что это не так.

Оба они были винтиками в куда более сложной машине, подчиняясь одному и тому же человеку в столице и выполняя разные, но одинаково важные функции. Здесь они были партнерами.

— Я уже спустил официальную директиву в Муром, — сообщил Журавлев, барабаня пальцами по полированной поверхности стола.