Хочу твоим первым

Но как мне это сделать, когда коротит снова всего? От одного только ее присутствия и визуального контакта?

- Бес, ты это, все с тобой норм? – интересуется Фир.

- Нормально, - отвечаю, продолжая пристально наблюдать за Бельчонком.

И понимаю, что держать дистанцию с ней выше моих сил. Не получится. Не после вчерашнего. Соскучился, охренеть, блин, как.

Оставляю приятеля одного и иду прямо на нее.

Арина вскидывается на меня на пару секунд, но тут же отворачивается и начинает двигать в противоположенном от меня направлении.

Ускоряюсь. Бельчонок по-прежнему прячет взгляд и пускается в какой-то непонятный для меня, блин, забег.

Уже не скрывая намерений преследую. Кровь стучит в висках.

Догоняю в самом конце коридора, хватаю за плечо, утаскиваю в ближайшую пустую аудиторию.

- Гордей, перестань! - вскидывается, вибрируя. - Что тебе нужно!

Будто не она, блин, вчера кайфовала и растекалась от моих прикосновений.

- Я соскучился, - говорю, как есть, не скрывая своих ощущений.

- Мы...должны сделать вид, что ничего не было.

Пытается сбежать, но я ухватываю ее под локоть и с силой тяну на себя. Мои губы впечатываются в ее висок.

- Помнишь вчерашнее, Бельчонок? Повторим? Прямо сейчас...на край, после пары...Нет сил сдерживаться...

Арина вскидывает на меня глаза, полные страха и отторжения.

- Это было ошибкой, Гордей, извини, - выдают ее губы. - И больше никогда не повторится. Не подходи ко мне больше. Ты понял? Никогда больше не подходи!

Бельчонок дергается как-то особенно резко, вырывается. Выбегает из аудитории, оставляя меня в полном, если помягче выразиться и не применять все то, что вертится у меня на языке, раздрае.

Глава 18. Не хочу, ничего не хочу

«А между нами ничего нет и точка…»

Я что есть сил несусь прочь из аудитории. Подальше, как можно дальше от этого горячего волнующего и стирающего все запреты искусителя, переворачивающего мой уютный мирок с ног на голову лишь одним своим присутствием.

Промаявшись без сна до самого утра, я приняла решение, держаться подальше от наглого, упертого, не в меру привлекательного мажора, его огненных взглядов и прикосновений, не говоря уже о большем. Пообещала себе, что приложу максимум усилий к тому, чтобы вычеркнуть из памяти полный невыносимого безумства вечер, и теперь даже не посмотрю в сторону Гордея.

Буду избегать как его самого, так и общения с ним, максимально, насколько это возможно в данной ситуации.

Когда он догнал, ухватил меня за плечо и утянул за собой в аудиторию, я снова почувствовала те одуряющие жар и волнение, что сопровождали и кружили голову, когда целовал.

И теперь, когда мы снова оказались один на один, я понимаю, что достаточно лишь пару секунд провести вот так, рядом с ним, вдохнуть его запах, услышать голос, и я снова полностью попадаю под его мощное мужское обаяние.