Холодный человек

Пра-пра-пра… Не помню уж, сколько этих самых «пра» нужно выговорить. Короче, ты из рода фон Торнов.

– Но каким образом?!

– Любопытствуешь? Изволь. Твой батюшка, которого ты отродясь не видывала, был самым настоящим бароном. Если помнишь мой рассказ, в семействе, кроме нас, сестер, имелся и младший братец Теодор. Вот от этого самого Теодора, сиречь Федора, и пошла новая ветвь фон Торнов. К началу двадцатого века семейство наше окончательно измельчало. Дошло до того, что твой прадед служил телеграфистом. Горьким пьяницей был, говоря между нами, но громкое имя нес сквозь все невзгоды. А потом пришли большевики, и фамилия стала звучать не только нелепо, но и опасно. И стал твой прадед Фонторновым и в этом качестве дожил до тридцатых годов.

– И что? – спросила несколько удивленная Вера.

– А то! Батюшка твой, последний из фон Торнов, сотворил тебя и сгинул.

– И что с ним случилось?

– Да, утонул в Черном море, во время крушения теплохода «Адмирал Нахимов».

– Не нужно иронизировать. Все-таки он – твой отец. И фон Торн! Ты думаешь, сегодня, в гостях у твоих будущих родственников, речи о твоем дворянском происхождении – простая болтовня? Ошибаешься. Истинная правда.

– Не ты ли тогда говорила моими устами?

– Конечно же, я. Нужно было произвести впечатление на будущих свекра и свекровь. И, представь себе, они были если и не потрясены, то весьма обрадованы выбором сына. Словом, ты им приглянулась. Родня осталась довольна. И вот когда все, что называется, «на мази», ты выкидываешь такую штуку.

– Пытаешься избавиться от меня. Не понимаю, почему ты не одобряешь мой выбор?

– Но ведь ты-то умная! А с помощью этого дурака ты заживешь, как у… у, сама знаешь кого за пазухой. Сейчас Павел Борисович баллотируется в Государственную думу и, будь уверена, станет в ней заседать. Жизнь в Москве!.. Ты не представляешь, какие возможности перед тобой откроются… Да чего мне тебя убеждать. Сама все понимаешь. Мужиков тебе мало? Выйди замуж за Павла Борисовича и меняй их как перчатки. Никаких возражений. Только выйди за Величко!

– Но зачем, зачем тебе это?!

– Неужели не понимаешь? А мне казалось, ты давным-давно догадалась… Ведь догадалась, сознайся? Ну, конечно! Конечно, Верочка, исключительно для того, чтобы снова стать живой. Как я об этом мечтаю! А это все… – Она широко повела рукой, видимо, подразумевая кладбище и его обитателей. – А это все, не задумываясь, отдала бы за один взмах собственных ресниц. Конечно, своего тела у меня уже не будет никогда, – вздохнула баронесса, – но и твое меня вполне устраивает.

– Ты станешь обитать во мне, а со мной поступишь так же, как со своей лучшей половиной. Задвинешь мой разум в самый темный уголок подсознания.

Баронесса засмеялась:

– Ошибаешься, дружок.