Холодный человек

Почему бы мне не переместиться в твое тело? Да и знаешь ли… Там так скучно… И если бы даже ты не совсем соблюла обряд или, скажем, перепутала несколько слов в заклинании, я бы все равно пошла тебе навстречу. Главное, что ты пришла в день святого Ерофея. Только в эту ночь я могу вступать в контакт с представителями вашего мира.

– А сегодня почему вступили?

– Так ведь контакт установлен. Поэтому с тобой я теперь могу общаться постоянно. А ты разве этого не хочешь?

– Хочу, наверное. Только это как-то удивительно.

– Почему удивительно? Ты попросила, я не отказала.

– Да я не об этом.

Я, по правде говоря, никогда не верила в то, что существует потусторонний мир. Считала это россказнями.

– Да! Факты – упрямая вещь, – усмехнулась баронесса. – Так, кажется, сейчас говорят?

– А вы откуда знаете современный лексикон?

– Да как же, Верочка – позволь, я буду звать тебя именно так, – я хоть и на кладбище проживаю, а с людьми все равно общаюсь. Только невидимкой. В контакт могу вступить лишь в особых случаях, вот как с тобой. И тебя я помню. Ты возле жилища моего с девочками раньше часто играла и болтала о пустяках.

И была среди вас такая полная девочка…

– Да, Катя. Она тебя и научила, как со мной связь установить. Я помню, все помню…

– Почему же вы пребываете на кладбище, а не… – Тут Вера запнулась, не зная, как обозначить иные места обитания умерших.

– Не все удостоены, – отозвалась баронесса. – Грехи не пускают. Это наверх, конечно. А вниз… Как тебе сказать, чтобы понятно было. Внизу от нас прибыли никакой, потому что мы сами как бы часть нижнего мира. Вот и толчемся среди живых. Я не одна такая. И другие есть. Мальчишку ты видела… А купца Брыкина слышала, – баронесса засмеялась.

 – Там, в ресторане, я его в знакомого твоего вселила. Для смеху, конечно. Да и Брыкину повеселее. Часто ли его в этот мир призывают? А то ведь дремлет все время в тине своей. Заплесневел весь. Вот я его немного и подсушила. Да теперь с твоей помощью всех в порядок приведу.

– Ну да. А ты против? Но почему? Ведь нам нужно немного. Раз в сто лет выйти из могил, покрасоваться на людях, пошуметь малость… Вспомнить молодость. К тому же ты сама обещала…

– Да как же? Или заклинание забыла: «Буду я тебе служить, но и мне чтоб не тужить.

И вдвоем с тобою мы повредим другим умы», – процитировала баронесса. – Умы повреждать мы уже начали. А муженька я тебе добуду. Можешь не сомневаться. Видишь, как возле тебя кавалеры кружиться начали. Твое дело выбирать, а уж я дальше все устрою. Твой бывший, этот Гриша, никуда не годится. Беден, да и женат к тому же. Но если ты желаешь, я и с ним твою жизнь могу устроить. Но стоит ли? Другой молодец – Сабуров. Конечно, посостоятельнее, чем Гриша. Деньжата у него водятся. Но собой страшен.