Книга гор

Они решили, что мы не хотим воевать с Летящими и дожидаться возраста, когда можно уйти с торговцами в другой мир, а собираемся удрать прямо сейчас.

Котенка мы от них не прятали. Просто он притворялся обычным, неговорящим и нелетающим, а свет свой делал как можно слабее. Кошки в городе были, хоть и немного, и никто Котенка в волшебных свойствах не заподозрил.

Когда мы уходили от взрослых в свою палатку, то устраивали маленький военный совет. Но обсуждать было почти нечего. Куда идем – не знаем, от кого обороняем караван – тоже. Вся семья торговцев стала носить черные очки, и Настоящим взглядом на них не посмотришь.

Я пробовал смотреть по-Настоящему на охранников каравана, но ничего толком не увидел. Они были такими, какими и казались. Я раньше думал, что это очень хорошая черта – быть простым и открытым, а теперь понял: когда у человека нет внутри никакой тайны, ни плохой, ни хорошей, то он делается как неживой.

Только на третий день что-то изменилось. Вначале засуетились охранники. Теперь двое шли далеко впереди, проверяя все подозрительные места на тропе, а еще трое внимательно следили за небом. Торговец подошел к взрослым нашего города, поговорил с ними, потом дал каждому по пять монет – больших кругляшей из прозрачного камня вроде хрусталя.

Мужчины подаставали оружие и тоже рассеялись по каравану среди охранников.

Потом торговец подошел ко мне.

– Пора отрабатывать плату, – вместо приветствия сказал он.

– Плати, – пожал я плечами.

Торговец без споров выдал мне десять монет, поколебался, потом добавил еще две. Я спрятал их в карман на Крыле и спросил:

– А где можно их потратить?

– В нашем городе, – не удивляясь, сказал торговец. – Теперь готовы работать?

– Сейчас мы выйдем в заболоченную долину.

Посреди нее – островок, на котором стоит башня.

– Конечно. Караван дойдет до островка, к нам выйдут Летящие, и я буду говорить с ними. Обычно никаких подвохов не бывает, но надо все предусмотреть. Я хочу, чтобы ты со своим напарником проверил дорогу до башни – это километров десять – и убедился, что на ней нет засады. Потом вы вернетесь и будете охранять мою семью. Летящие не должны вас увидеть.

– Значит, вы с ними торгуете, – сказал я.

– Иначе никакой охраны не хватило бы. К тому же мне выгодно торговать со всеми.

Это моя работа.

Спорить было глупо, а говорить, что он поступает подло, еще глупее. Я промолчал.

– Еще вопрос, мальчик. Откуда у тебя Настоящее зрение?

– Заметили? – полюбопытствовал я.

Торговец снял очки и помахал ими.

– Это стекла, наполненные тьмой. В них ничего не увидишь на свету, зато прекрасно видно во мраке. И очень хорошо замечаешь черные стороны в людях.

– Значит, изучали меня? – Я едва смог сдержаться.

– Пробовал. В твоих глазах Настоящий свет, он слепит меня.