Книга гор

Даже слишком пьян для азартного игрока… Но очень убедительно рассказывал о том, как покупал плутоний и титановые плиты в большом городе на берегу океана. Этот город назывался… кажется, Нюорк.

– Повтори! – закричал я, хватая Редрака за плечи. – Повтори название города!

Раздельно, подчеркивая каждое слово, Редрак повторил:

– Я встречал человека, утверждавшего, что он побывал на планете, которой нет. В городе под названием Нюорк или Нью-орк он покупал материалы, необходимые для ремонта корабля. Я уверен, что он не лгал.

Индикатор браслета-детектора светился зеленым.

А люди, подобные моему новому знакомому, никогда не говорят правды, невыгодной лично для них.

– Боюсь, Редрак, наше знакомство продлится дольше, чем мне хотелось бы, – прошептал я, отпуская дальедианца.

– Очень надеюсь на это, принц.

Бывший пилот просидел за компьютерным терминалом больше трех часов. Все это время я провел на маленьком угловом диванчике, чувствуя себя гостем в собственной каюте.

Редрак Шолтри обращался с компьютером поистине виртуозно. Он то шептал в микрофон отрывистые слова команд, то переходил на управление с клавиатуры, а порой просто принимался чертить что-то в воздухе тонкими гибкими пальцами.

О таком уровне общения с машиной мне приходилось только мечтать.

Повинуясь командам, компьютер строил голографическое изображение. В медленно вращающемся над терминалом видеокубе появилось человеческое лицо – вначале туманное, расплывчатое. Затем линии обрели четкость, наметилась короткая стрижка, тонкие брови. Изображение стало цветным – бледная кожа с чуть заметным желтоватым оттенком, черные волосы, темно-серые глаза.

Редрак продолжал корректировать портрет. Уши претерпели ряд изменений, глаза стали уже, на переносице возникло пятнышко – то ли родинка, то ли след ожога. Скулы слегка заострились.

Некоторое время Редрак разглядывал результат своих творческих усилий. Затем, покосившись на лежащий между нами браслет-детектор, заявил:

– Это портрет человека, утверждавшего, что он был на Земле. Я сделал его с максимально доступной точностью.

Браслет светился зеленым.

– Очень заурядная внешность, – с досадой отозвался я. – Каждый десятый, если не каждый пятый мужчина его возраста оказывается под подозрением.

Цвет волос нетрудно изменить, кожа может потемнеть от загара. Он мог поправиться или похудеть…

– Да, капитан. Прошло уже три года. Человек его профессии сильно меняется за такой срок. Конечно, если вообще остается в живых.

– И ты действительно не знаешь его имени или родной планеты?

Некоторое время я молчал, глядя на объемный портрет космического пирата, раздобывшего в Нью-Йорке плутоний и титан для ремонта своего корабля.