Кодекс Императора III

Они давно готовятся к масштабному противостоянию… Они сильны и умны.

Это как раз тот случай, когда цель стоит ликвидировать, а не играть в игры ради выгоды в будущем. Вся власть держится в жестоких руках Михаила Леопольдова. И уже третий раз не выходит его ликвидировать. Это плохо.

Насколько бы сильными ни были мои теневые служанки, в Российской империи немало и других сильных личностей. И немалая их часть находится именно у Леопольдовых. Они долгое время умело вычисляли кого из сильных мира сего не устраивает политика империи, а затем переманивали их на свою сторону любыми способами.

— Как обстановка в службе безопасности? — перешел я к следующему вопросу.

У меня еще будет время придумать способ уничтожить Леопольдова… Так, чтобы сделать это наверняка.

— Служба безопасности потеряла большую часть своих кадров. По моим расчетам там осталось только восемнадцать процентов работников от прежнего состава, — сразу ответил Кутузов. — Конечно, эти люди не справляются с задачами. В отделах царит полный хаос и неразбериха. Те, кто ушли, не оставили после себя никаких инструкций. Есть некоторые люди, которые дорабатывают дни, согласно договорам. У нас есть примерно неделя, пока не случился полный коллапс.

— А что с разведкой?

— Там обстановка гораздо лучше, но это временно. Лаврентьев занял выжидательную позицию.

— Назначь мне встречу с Лаврентьевым, — оборачиваюсь к Алине.

— Куда его привести? — с улыбкой спрашивает она.

— Никуда. Назначь встречу в загородном имении моего рода возле поселка Буран.

— Но, господин… Там работают в основном охранники из разведки, — не понимает Алина.

Она была права. Туда по негласной традиции отправляют работать охранниками тех, кто по каким-либо причинам не может больше работать в самой разведке. Кто-то где-то засветился, либо же возникли проблемы со здоровьем. А место хорошее и спокойное — люди охотно идут туда служить.

Но все это люди Лаврентьева. И выйдет так, что встреча назначается на его территории, хотя дом и принадлежит Романовым.

— Это рискованно, — киваю я. — Но в этом и суть. На кон ставится все, что есть. И так будет до тех пор, пока не пройдет острая фаза.

— Так будет, пока империя не вернет былое величие… или же пока император не умрет, — хмыкает Разумовский.

— В этом случае ее ждет только крах и разруха, — не скрывая печали в голосе, отвечаю я. — Так, что у нас дальше по списку?

Беру со стола толстую папку и сожалею, что все реформы нельзя провести за один день. Такого народ империи точно не поймет. Придется делать все постепенно.

— Нужно увеличить жалование для армии. На двадцать процентов. Для начала, — отдаю я приказ, а вместе с ним и нужные документы Разумовскому.

— Исполним, — кивает он.