Консервация ненависти

– Да, Нада, – кивнул Тагаев, – слушай господина Молнара и делай то, что он тебе скажет.

Молнар достал из ящика стола нож, протянул его женщине:

– Этот нож ты должна будешь передать пленному офицеру.

Женщина непонимающе взглянула на брата. Тот улыбнулся:

– Ты слушай, Нада, слушай!

– Когда понесешь ему еду, передашь этот нож, – продолжал Молнар.

– Извините, господин, но это заметит охранник.

– Не волнуйся, он ничего не заметит. Передав нож, скажешь русскому, что его товарища, прапорщика, сегодня убили, потому что ухудшилось его состояние. Он бы и сам умер, но я, мол, не стал ждать. Скажешь, что ты не хочешь, чтобы так же убили и офицера. Нож позволит избавиться от веревки, им можно открыть засов двери. Еще скажешь, что весь аул охраняют всего два человека, один из них находится у сарая. Предупредишь, что пытаться уйти вниз бесполезно, пусть идет на перевал, а оттуда по ущелью. Все это ты должна сказать так, словно его судьба тебе не безразлична. Можешь прибавить, что он понравился тебе и, возможно, когда-нибудь поможет уйти из банды, где ты находишься по принуждению брата. Главное, чтобы он взял нож.

– Но, господин, тогда русский убьет охранника!

– Это тебя не должно беспокоить. У меня все!

– Нада! Ты должна это сделать, – подошел вплотную к сестре Тагаев.

– Хорошо. Я все сделаю, – кивнула она.

– Вот и молодец. Ступай.

– Распорядись, чтобы вечером на охрану пленника заступил Никольчук, – приказал Молнар. – И лично обеспечь отсутствие часового, когда Нада будет говорить с русским.

– Слушаюсь, господин Молнар.

Следом за сестрой из кабинета вышел и Сарак Тагаев.

Мадьяр прикурил сигарету, перевел режим работы кондиционера на максимальную мощность.

– Кто? – спросил он.

В проеме показалась физиономия живого и невредимого Штебы:

– Разрешите войти, шеф?

– Это ты, Семен? Зачем спрашиваешь разрешения, входи, конечно.

Бывший прапорщик вошел в кабинет, присел на топчан, достал из пачки главаря сигарету, прикурил.

– Выспался? – спросил Молнар.

– От души, Габор. На несколько суток вперед. Даже жара не мешала. Какие у нас дела?

– Ринат убрал Соева.

– Это хорошо, пусть теперь Губарь поломает голову, почему убили сержанта.

– Я думаю, местная полиция спишет убийство на бывшего мужа учительницы.

– Полиция, может, и спишет, но не Губарь. Подполковник не поверит в это, он будет искать связь между убийством сержанта и нападением на группу. И он найдет эту связь. Ведь очевидно, что твои люди ждали группу, значит, кто-то в отряде работал на вас. Все сойдется на Соеве. Сержант выполнил задание и был ликвидирован, как опасный свидетель. Да, именно к такому выводу придет Губарь, если, конечно, после произошедшего не отправится в запас или в войска с понижением в звании.