Консервация ненависти

– С чего бы боевикам, если, конечно, местные ничего не попутали, выходить на равнину такой малой группой и открыто шарахаться на виду у хутора? – заметил Бакаров. – Проще было сразу явиться в станичный отдел внутренних дел и сдаться.

– Кто знает, Паша? Но, возможно, местные и попутали что-то. А возможно, у хутора чужаков не трое, а гораздо больше.

– Где они обнаружены? – спросил Штеба.

– На старой ферме, где-то совсем рядом с хутором.

– Не слишком удобное место. Может, кто-то из соседей приехал поживиться досками или кирпичом? Ферма-то брошена.

– Там уже наверняка все, что можно было стащить, стащили хуторяне Калача, но не будем гадать. Оружие в машину, Паша, – обратился командир группы к Бакарову, – проверь работоспособность радиостанции.

Подошел и водитель, сержант Тарасов.

– Ну вот все в сборе, – сказал Крабов. – Кто желает, может надеть «броник», оружие привести к бою и поставить на предохранитель.

Когда подчиненные выполнили распоряжение, капитан приказал:

– Готовы? По местам!

Офицеры забрались в кузов. Бронежилет надел только водитель.

– Вперед, в Калач! – отдал Крабов следующий приказ.

Проехав полевой контрольно-технический пункт, он по радиостанции вызвал на связь командира отряда:

– Станица! Я – 3! Прием!

– Я – Станица, – ответил подполковник Губарь.

Двенадцать километров, отделяющие станицу Горскую от Калача, спецы проехали за пятнадцать минут, учитывая потерю времени на выезд с захламленной за парком территории. В хуторе их ждал хозяин животноводческой фермы, он же глава местного совета. «УАЗ» встал у его дома, от которого было рукой подать до новой фермы. Бойцы группы сразу же покинули машину и спрятались в тени густой ветлы. Местный глава подошел к Крабову:

– Здравствуйте, я – Гулеба Степан Сергеевич.

– Здравствуйте, капитан Крабов Дмитрий, это вы сообщили в станичный ОВД о посторонних, объявившихся у хутора?

– Я, товарищ капитан. Честно говоря, ожидал, что приедет полицейский наряд.

– А приехали мы. Кто первым обнаружил неизвестных?

– Так это, Валька Дунина. Ее хата напротив. Она у нас цветочница знатная, любит, понимаете ли, цветочки разводить. Из станицы в область саженцы всякие возит. Она вечером заметила чужаков, а утром одного из них видел скотник Михай.

– Где сейчас любительница цветов? – прервал Гулебу капитан.

– Так дома, наверное. Напротив он.

– Она не у вас работает?

– У меня. Дояркой. Утром коров подоила, теперь пойдет на ферму вечером. Она первая неизвестных и заметила.

– Позовите ее! И заодно скотника.

– Ага! Это мы быстро. Колька, – крикнул он парнишке лет десяти, ковырявшему в носу, сидя на бревне, – мать позови! И за Михаем сбегай.

– А че мне за это будет? – хитро прищурился парнишка.

– Фи! Пряник мне и мамка купит.