Кукушонок

Да, я предпочитаю мужчин. Но Моника… Я люблю ее больше, чем кого-либо. И она любила меня и не ждала от меня ничего другого, кроме взаимности. И я подумала, почему бы не дать этому шанс… – Лола тряхнула головой. – Я есть то, что я есть, и не могла любить Монику так, как ей того хотелось бы. Тем не менее Пютте каким-то образом появилась на свет. Другого кандидата в отцы нет, потому что в то время Моника… не работала. И мы были так счастливы, когда это произошло! Представляю, как Моника теперь гордилась бы Пютте…

Когда девочка вернулась с грушевым мороженым в руке, которое уже стекало по запястью, Лола положила синюю тетрадь в сумочку, чтобы не испачкать ее.

– Сестра хочет забрать Пютте, – в задумчивости продолжала она. – Они с мужем, похоже, не могут иметь детей, и в глазах сестры это недостаток, который непременно нужно исправить. Но в их безупречном мире Пютте стала бы частью интерьера, а не уникальной личностью.

Лола замолчала, когда девочка приблизилась настолько, что могла слышать. Мороженого уже не было, только палочка. И картинка.

– Смотри, здесь был еж.

Пютте нетерпеливо протягивала кусочек блестящей бумажки, перепачканный мороженым. Лола достала из сумки носовой платок, плюнула на него и, как ни в чем не бывало, принялась вытирать у дочери вокруг рта.

Но Лола не успокоилась, пока все не вытерла. Взяла из рук Пютте палочку и, держа между большим и указательным пальцами, протянула Рольфу.

После чего так же тщательно обтерла руки Пютте. И картинку с ежиком.

– Можно теперь я пойду играть? – Девочка мечтательно посмотрела на детей, которые бегали по парку.

– Конечно, – ответила Лола.

– В субботу все будут? – спросил Рольф.

– Да, все мы и Сигге.

– Ну уж нет, с этим лучше подождать… – Лола опять подставила лицо солнцу. – Бедный мальчик. Мама Сигге бог знает где, а бабушка с ним не справляется. И ничего другого не желает, как только избавиться от него.

– Пютте повезло, что у нее есть отец.

Издалека доносился звонкий смех Пютте, поднимавшийся как будто к самому синему небу.

– Эй! – послышался радостный голос Анны. – Это здесь можно заказать пиццу «Гавайи»?

Эрика, как вихрь, ринулась в прихожую.

– Так ты знала? – закричала она сестре. – Ты все видела и не остановила их?

– Не остановила? – переспросила Анна. – Я помогла Кристине выбрать подходящий розовый оттенок для оконных рам. Она склонялась к терракоте, между тем как я видела, что абрикосовый будет уместнее.

– Если б только не держала на руках самую милую племянницу в мире… Сейчас же отдай ребенка и иди любуйся на свою работу.

Анна передала ей Флисан. А как только вошла на кухню, рассмеялась так, что потекли слезы.

– Но я же не знала, как это будет выглядеть! Боже мой, я сейчас умру…

Она вытерла слезы, но продолжала захлебываться смехом.