Куплю тебя за миллион

Завожу пальцы глубже внутрь и снова размазываю сперму, теперь уже по стенкам лона, её и своими пальцами

— Но там же твоя сперма, — понижает голос на последнем слове и краснеет.

— Да, — не отрываю взгляда.

В том, как моя сперма пачкает её губки и клитор есть что-то завораживающее. Оторваться сложно…

Кажется, это заводит не только меня! Дыхание Марианны учащается.

Ловлю новую точку возбуждения Марианны и несколькими нажатиями заставляю кончить ещё раз.

Ракета… С ней будет нескучно.

Меня ещё долго штормит, выпускать девчонку из объятий совсем не хочется, а она вообще словно плавает мыслями где-то в нирване и улыбается уголками губ.

— Мне так хорошо, — выдыхает счастливым голосом.

Через несколько минут.

Я тоже едва прихожу в себя. Я предполагал, что Марианна отзывчивая и заводная штучка. Ещё первый пробный запуск, когда я трахнул её пальцами, показал, что она горячая. Но теперь точно знаю, что и она может возбудить нереально, а её умелые, ловкие пальчики уже с первого раза уверенно держатся за штурвал. Как надо.

— Неплохо, — скупо комментирую.

— Неплохо?! — удивлённо хлопает ресницами.

Откровенно говоря, где-то в глубине души я чувствую себя как тот кретин, что забил победный гол, натянул на голову футболку и носится с победным криком вдоль кромки футбольного поля.

Но вслух говорю иначе:

— У тебя неидеальная техника, но для первого раза сойдёт. Есть над чем поработать. Нужна практика…

И снова внутри что-то ёкает, ударяя вниз. Ещё немного и мой товарищ будет снова рваться.

— Практика. И как это будет? — спрашивает, доверчиво и коварно перебираясь на моё плечо.

Не могу отделаться от впечатления, что Марианна только выглядит иногда беспомощной, но стоит только расслабиться, и она оседлает мою шею, запустит пальчики глубоко-глубоко и будет дёргать меня, куда ей захочется.

Нужно быть настороже.

— В целом… Я думаю, что тебя надо наказывать и трахать. Трахать и наказывать.

— Ой. А за что меня наказывать?!

— То есть не за что?! За непослушание. За глупость. Просто для профилактики, в конце концов…

В этот миг тот самый неугомонный конец снова начинает подавать признаки жизни, наливаясь тяжестью.

Марианна же прижимается в мою шею лицом, сопит носиком куда-то в ключицу.

Заснёт? Неудивительно… Столько переживаний на неё свалилось. Организму нужно дать отдохнуть.

С сожалением натягиваю трусы и застёгиваю брюки.

Я бы трудился над этой сладкой девчонкой ночь напролёт. Однако нужно не только свой изнывающий член куда-то пристроить. Но и решить некоторые вопросы.

— А теперь о серьёзном, Анна-Мария.

— Я тоже хотела с тобой поговорить серьёзно.

— Да, — Марианна важно кивает.

Но следом она мурлыкает, как пригревшийся котёнок, и прячет лицо на моём плече.

— Ну давай, — вздыхаю.