Лайриэйль Лайвджой

– И ничего не потрепанный он. Если его приодеть и причесать… он молодо выглядит!

Я посмотрела на это чудо - сидит вся такая обиженная, сопит сердито... И развеселилась. Не знаю уж, чем Найс очаровал этого ребенка, но она явно на него запала. А значит, попадет под его влияние, ведь он, считай, в два раза ее старше. И, ясное дело, нам с Рий надо просто следить, чтобы этот хитрый зверек не затеял свою игру. А это удобнее делать, когда он постоянно на виду.

- Да бери, бери... Пусть собирается. У нас как раз полчаса на сборы. Только ты не забудь снова из себя малышку сделать.

- Ага! – Мелкая подскочила, ураганом пронеслась по комнате, чмокнув и меня, и Рий в щеку, и ускакала. Радостная, словно ей что-то ценное подарили.

Ну вот и ладушки. Чейри сестренок не заинтересовал – отлично! И с Найсом все хорошо получилось, он мне в театре будет нужен. И вообще… пока сестрички старательно меня ублажают. Значит, нарочно не станут Найса гнобить, а где-то даже приберегут, чтобы иметь на меня рычаги давления. Вот и оставим им эту возможность. Или ее иллюзию. Хотя нет, до иллюзий еще далеко, потому и спрячем дерево в лесу.

Сокровищу пришлось не только самому оперативно чистить перышки, но еще и мне помочь с прической.

Опять эти заколочки, для разнообразия с цветочками. И туфельки с гольфиками. Я скоро возненавижу эту униформу!

Зато Найс, одетый не в обычные гаремные тряпки, а в узкие черные брюки и темно-зеленую рубашку на пуговицах, выглядел так, что мне сейчас же захотелось его раздеть. Эх… нет в жизни совершенства. Потом раздену, вечером!

Сестрички тоже успели нарядиться и подкраситься, и мы погрузились в аэрошку всем табором. Я немного волновалась и специально этого не скрывала.

У меня для волнения были свои причины, но выглядело это так, словно провинциалочка с ума сходит от нетерпения увидеть «развлечения высшего света».

Рий как-то странно себя вела – я не поняла, с чего вдруг она своего блондинчика опять залюбила со страшной силой. То едва не пинками гоняла и кривилась, как на уйлитку в винограде, то тискает его всю дорогу и едва не облизывает. Интере-е-есно… надо будет потом Найса расспросить, и Кабачка – обязательно!

Кабачка, кстати, с постели подняли, а разбудить забыли. Сидит слегка очумелый и глазками хлопает.

Правда, к концу полета проснулся, заулыбался. Хейниойлины коленки ему все на свете заменяют. Даже сон. Хей опять их с Дийком обоих потащила, но тот как был мрачным хмырем, так и остался, а Кабачок сияет.

Театр мне понравился. Весь, от мраморной лестницы до занавеса с какой-то блестючей бахромой. Поэтому первый акт я смотрела на сцену, не отрываясь, даже забыла оценивать и сравнивать – как-то сюда мой кундюйшонок впишется. Представление было захватывающе-красивое.

А в антракте из ложи слинял Кабачок.