Лайриэйль Лайвджой

Ши тут же засверкал на меня своими прекрасными льдинками. И едва не шарахнулся, обнаружив под носом «страшный» инструмент - большой, черный.

- Это для тебя, малыш, - развела я яд сиропом и щедро добавила в голос: - Тебе понравится, я просто уверена.

- Нет! - мальчишка отчаянно забился, но его трепыхания ни к чему, конечно, не привели. Майти повис на нем, как приклеенный. Даже от анфаллоса в собственной попе временно отвлекся.

- Понравится-понравится, - пообещала я ехидно, забрала страпон и ушла ему за спину. Он не видел, как я отложила большой страпон и взяла тот, что больше подходит для первого раза, если собираешься приучить зверька получать удовольствие от анального секса.

Вот теперь пришла пора смазки. Эта попка была для меня такой желанной, что я даже не вспомнила о перчатках. Руки так и тянулись гладить, ласкать, легонечко пощипывать обе нежные половинки. Пощекотали ложбинку между ягодичками, погладили отчаянно сжатое колечко. Пальчик скользнул ниже, лаская промежность и одновременно щедро размазывая по бархатистой коже ту самую мазь.

Легооонечко коснуться сразу поджавшейся мошонки, и там добавив мази… все очень осторожно, нежно, ведь он все равно никуда не может деться, хотя и крутит попкой и мычит протестующе.

В подушку.

Майти, судя по всему, сдает позиции - навалился сверху и вторит отчаянными стонами. Не задушил бы мне игрушку! Нет, все нормально, на гневный жест и взгляд реагирует - встал ровно, мальчишку держит правильно - мордочкой в ту же подушку, но не вжимая. Тот мгновенно откликнулся более громким протестом. Но в ответ на пальцы, ласкающие тугие мячики, мычание стало прерывистым… и вместе с тем более отчаянным.

- Нет! Нет! Не надо, пожалуйста!

Я вернула руку выше, и через секунду щедрая порция смазки оказалась внутри мальчишки вместе с моим пальчиком. Пока одним, и пока очень аккуратным, нежным, неторопливым. Попа отчаянно задергалась и попыталась увильнуть, но куда там…

- Ну не на-а-до! Нет! Не-е-т!

Я даже не растягивала его, просто ласкала. Раз за разом чуть вынимая и вставляя, и не забывая задевать волшебный бугорок внутри. Слушая, как протест становится… не таким уверенным.

Похоже, Снежинка никак не ожидал от собственного тела подобного предательства, но член у него встал так, что любо-дорого посмотреть.

В какой-то момент пальчика стало два, потом три… он, кажется, даже не заметил, поскольку теперь боролся уже не с моим вторжением в его святая святых, а с собственным организмом.

- Не-е-т! Пожалуйста! Нет! Нет! - повторял и повторял он, но все чаще прерывался, сбиваясь с дыхания, и я точно знала - это не от боли. Больно я ему не делала.