Лайриэйль Лайвджой

Не будет Ройса - не будет поводов для драк! Тебя я продать не могу - Рий не согласится, ты слишком привлекательно ее боишься. А Ройс… Ну да, красивый парень, но и только. Никаких особенных талантов за ним не замечено, никаких особенных привязанностей у женщин дома он не вызвал. Жалко немножко, это да. Продавать придется в бордель, скорее всего, ведь он уже не в том возрасте, чтобы попасть в чей-то гарем. Ну что поделаешь… спокойствие дороже.

На протяжении всего монолога стоящего передо мной парня корежило от ужаса все сильнее. Побледнел почти до прозелени, глаза в пол-лица, испарина на висках.

Я высказалась и замолчала. Несколько минут тяжелая тишина давила его к полу, не давая вздохнуть. Потом Кай собрался, видимо, с остатками сил и хрипло прошептал:

- Госпожа… пожалуйста… я больше никогда…

- Ты меня понял, Кайрише, - я кивнула, - еще ОДНА драка…

Самое интересное, что я действительно собираюсь так поступить, если они все же дадут повод. Как не жаль будет мальчика. Правда, девяносто девять из ста, что делать этого не придется - стоит только посмотреть сейчас на физиономию Кайя.

Когда-то давным-давно я для себя решила не обещать того, что не смогу или не захочу сделать. Чем довольно заметно облегчила себе жизнь.

Кайрише поднялся на подгибающихся ногах и едва вписался в дверной проем, с трудом миновав застывшего у двери Найса.

Я проводила его взглядом и заглянула в глаза молчавшему все время разговора Сокровищу.

- Я никогда не хотела быть самой доброй девочкой, - мои губы раздвинулись в неприятной улыбке, - но всегда хотела быть самой умной. Больше они тебя под плети не подставят, будь уверен.

Стоит, смотрит. Вроде даже одобрительно, но в целом непонятно. А выглядит, кстати, усталым… Отпустить? Хм… Не хочется, но надо.

Вот странно… Видимо, до настоящей госпожи большого дома мне еще как до Космопорта на карачках по лесу. Ну не умею я видеть в нем просто вещь, игрушку, даже… «зверька», как выражаются сестрички. Я же вижу, вижу, что он… не знаю, хитрый, умный очень… не знаю, как выразить. Он человек. И хотя этот человек, по большому счету, полностью в моей власти, забыть о том, что он живой, я уже не смогу. И не хочу.

Так что пусть наглеет, Сокровище мое, пусть дразнится и ехидничает… наедине со мной. На людях он сегодня был безупречно послушен. При тетушке особенно. А как приятно будет его наказывать… за нахальство… Глазки просто сами от удовольствия в щелочки превращаются. Осталось только облизнуться!

- Иди к себе, Сокровище, - улыбаюсь я ему. - Отдыхай. Я хочу побыть одна.

Весь день я просидел у себя в комнате, как госпожа и приказала. Ну как просидел… метался от стены к стене.