Летос

Девушка слышала лишь безумный рев чудовищной стихии, но, обладая прекрасным воображением, без труда представляла колоссальный вал, надвигающийся в их сторону.

Приметный дом оказался рядом, Шерон первая заскочила в него, прыгая через две ступеньки. Почти сразу же по мостовой пронесся стремительный поток соленой воды, мощью течения напоминающий горную реку.

Лавиани, оказавшаяся последней, усмехнулась довольно, стоя на ступеньках и глядя, как в шаге от нее бурлит море.

— Первый этап пройден. Отдышитесь.

Шерон кивнула, закрывая глаза, вслушиваясь в мерные удары.

— Когда мы бежали, я увидела, что колонна высоко над дорогой, — наконец сказала она. — Во мне не так много роста. Я не смогу туда залезть.

— Не волнуйся об этом, — ответил Тэо. — Я помогу.

Море уже лизало им пятки, когда они добежали до укрытия. Пружина легко запрыгнул на спасительный «островок», оплел колонну ногами, перегнулся, свесившись, и протянул девушке руки. Он без усилия забросил ее наверх, а затем и Лавиани, которая на этот раз не стала отказываться от поддержки.

— Последний участок. Самый длинный. Подъем сразу за этим поворотом. Бежать придется чуть раньше, прежде чем уйдет волна. Иначе она нас догонит. — Указывающая с тревогой смотрела вниз.

Они так и поступили. Однако Шерон все равно не успела. Оставалось несколько шагов до лестницы, когда ее догнала волна. Мощное ледяное течение, точно кнут, ударило под лодыжки, сбило с ног, окунуло с головой и, ликуя, потащило за собой, в море. Но указывающая не собиралась сдаваться — несколькими сильными гребками она рванулась к постаменту, оказавшемуся у нее на пути. Вцепилась окоченевшими, побелевшими пальцами в шершавый камень, едва не сломав ногти. Торопящееся назад море попыталось ее оторвать, и у него бы это получилось, если бы не Тэо. Акробат не мешкая прыгнул на помощь, схватил за тонкое запястье, а спустя еще мгновение вода уже ослабела, начала уходить…

— Рыба полосатая! Вы целы?

Шерон кивнула, стуча зубами от холода. Мокрая одежда липла к телу, забирая последнее тепло.

— А если целы, то бегите наверх, и быстро! Вам надо хоть как-то согреться, — предложила сойка.

…Высокая терраса заросла кустами дикой ежевики. Указывающая, все еще чувствуя во рту горечь морской воды, дрожала и пыталась отдышаться. Она разожгла белое пламя на камнях и теперь вместе с акробатом пыталась хоть немного просушить одежду. Сойка села в стороне, на узкой ступени, глядя вниз, на то и дело оказывающиеся в воде кварталы.

— Никогда не разговаривай с ними, дочь моя, — сказала ей мать на прощание. — Иначе шаутты смутят твой разум, и я тебя потеряю.

Все поняла молодая указывающая и поклялась не говорить с демонами, но забыла свои обещания в первую же ночь.