Мактуб. Принц Анмара

Как ты это делаешь, Эрика?

— Готова продолжить? — хрипло спрашиваю я, сжимая ее волосы на затылке. Она кротко кивает, снова запуская черную ярость в мои вены. Чертова кукла. — Смотрю, тебе нравится, когда тебя имеют, как суку.

— Я готова кончить, просто доставляя тебе удовольствие, Асад, — произносит она, заставляя меня мрачно ухмыльнуться. — И я не сука, я девушка, которую ты любишь, — уверенно добавляет она, используя оружие, которое я сам дал ей когда-то. Вложил в хрупкие ладони и направил на свое сердце.

— Кажется, пауза затянулась, — рявкаю я, снова почти до основания загоняя каменный член в теплый рот, сжимая пальцами одной руки ее скулы, а второй наматываю длинные волосы на кулак и начинаю остервенело вбиваться в губы Эрики.

 — Дай мне свое горло, кхара. Я знаю, что ты можешь глубже.

Я сатанею, ощущая, как стенки ее глотки пропускают головку, как смягчаются женские губы, обхватывая и лаская вздувшиеся вены на напряженном члене. Я больше не даю Эрике ни малейшей поблажки, ни единого глотка воздуха, полностью контролируя ритм и глубину проникновения. Ее счастье, что я уже на грани.

Пара минут жестких толчков, и с грудным хрипом я кончаю в бархатное горло, удерживая захлёбывающуюся девушку до тех пор, пока последняя судорога не отпускает мое тело. До последней капли, мать ее.

— Ну как, детка? Как ты сказала? Готова кончить, просто доставляя мне удовольствие? — рваным, рокочущим тоном задает с издевкой вопрос Джамаль, ударяя головкой члена по моим раскрытым губам. Я не чувствую себя униженной и оскорбленной, несмотря на то, что стою перед ним на коленях, ощущаю грубый захват своих волос твердым кулаком Джамаля, а его сперма стекает по нижней губе, подбородку, капая на грудь, резко вздымающуюся от возбуждения, звериной похоти и желания, превращающего кровь в раскаленную магму.

Боюсь, все это обратно эффекту, которого он хотел достичь, выместив на меня ударную дозу агрессии и своего восточного характера. Меня заводит грубость, я схожу с ума, когда он берет меня так дико и яростно, потребность в слиянии с ним становится фактически болезненной, хоть вой и на стенку лезь. Джамаль размазывает остатки своего семени по моим губам, глядя прямо в глаза, в которых теперь я замечаю знакомые дьявольские и притягательные искры, завлекающие в свою непроглядную бездну, выпивающие меня без остатка, лишающие разума. Теплая волна проходит по всему телу, концентрируясь пульсирующим желанием внизу живота, взывающего меня к действиям.

Он позволяет мне встать на ноги, обхватить его запястье и прижать раскрытую ладонь к своей груди, которую я прижимаю к своему гулко танцующему в грудной клетке сердцу.