Мастер не приглашает в гости

А потом в какой-то момент освобожденный от стула ковер дернулся и разгладился, тяжелое кресло, слегка скрипнув, встало под правильным углом, а те книги, которые я еще не успела вернуть в шкаф, припадочно задергались. Неожиданно оказалось, что поднимать вещи куда тяжелее, чем раскидывать.

Понимаю, Эльза, очень понимаю!

— Смотри, дорогая, ты не совсем верно применяешь левитационные чары. Используешь слишком много сил, с очень маленьким результатом, давай потренируемся лучше вот так…

Когда спустя два часа я вернулась на кухню и кухарка подняла на меня испытующий взгляд, я не дрогнула ни единым мускулом.

— Миссис Доул… где там ваш ликер?

Встреча с адвокатом прошла без происшествий. И хотя мне немного странно было требовать с человека выполнять невыполнимую работу, я все же, вроде бы, неплохо справилась со своим первым поручением в качестве секретаря.

Мистер Барроу оказался приятным, вежливым мужчиной, но в нем чувствовалась “стальная челюсть”. Так папа говорил про своего адвоката, утверждая, что если он в кого-то вцепится, то уже не оторвешь. Папин адвокат пытался связаться со мной после всего случившегося.

Но сначала мне было не до него, а потом — еще больше не до него.

У меня был даже соблазн пригласить его на собеседование, ведь ему можно было бы, наверное, рассказать правду о случившемся. Но мне не хотелось ставить мистера Райли в неловкое положение, в котором или он вынужден был бы врать своему непосредственному нанимателю — сэру Фаулеру, или я вынуждена была бы объяснять работодателю, куда и почему на самом деле были украдены его деньги.

И хотя я подозревала, что деньги сэра Кристофера волнуют в последнюю очередь, и сейчас я была уверена, что он наверняка бы не осудил меня, от этой мысли все равно было неловко.

Моя история — это слишком личное. А между нами и так уже совсем не те отношения, которые полагается иметь экономке и работодателю. Или даже секретарю и работодателю!

Нет. Не-не-не, никаких откровений.

Может быть, когда-нибудь, я все-таки свяжусь с мистером Райли и узнаю, что именно он хотел мне тогда сказать, если, конечно, это было важно. Но не сейчас.

Альберт не появлялся в доме больше недели.

Не сказать, чтобы меня это сильно огорчало!

Но в воздухе все равно висело какое-то напряжение от неразрешенного конфликта.

Звонок в дверь застал меня в библиотеке, но когда я направилась в коридор, дверь неожиданно захлопнулась перед моим носом, а в замке многозначительно провернулся ключ. А потом еще и кресло — тяжелое, массивное — с легкостью пушинки перелетело к двери, окончательно ее блокируя.

Левитационные чары были освоены.

— Эльза, детка. Ты же понимаешь, что мы не можем просто не открывать ему дверь?

Она совершенно определенно не понимала.