Мастер не приглашает в гости

Почему-то оно сплетено из среброцветницы и вращается вокруг самого себя в трех измерениях, разбрасывая вокруг цветочные брызги. Это очень красиво, и я понимаю, что снадобье, выпитое мной, кажется, подействовало.

И это прекрасно объясняет и творящееся вокруг буйство (а мир причудливо изгибается и сворачивается), и обострившуюся чувствительность, которой раньше не было во взаимодействии с Айрис. И спутанность сознания.

Сэр Кристофер обошел алтарь, сосредоточенно и педантично проверяя структуру вокруг него (“Нет, мисс Ривс, я не специалист в ритуаистики, но раздел, посвященный работе с заблудшими душами, немного изучал!”)

Потрясающей сложности и красоты система из концентраторов, энергетических потоков и ограничительных линий — это у него “немного”. И ведь он даже не скромничает, он просто сравнивает объем своих знаний в ритуалистике с объемом знаний в других областях изучаемых им наук, и находит весьма скромным (а я нахожу его совершенно нескромным и мучительно зеленею от зависти).

— Мисс Ривс, вы готовы? Мы можем начинать? — Строго спросил сэр Кристофер.

Я, наученная предыдущим опытом, бодро, убедительно и бессовестно соврала:

— Да, сэр Кристофер, я готова. Начинаем.

Сэр Кристофер был прав, когда предположил, что мне будет спокойнее, если я смогу видеть происходящее.

Ну, или он просто в последнее зелье добавил успокоительного в пропорции где-то “один к одному”. Но и в этом случае он тоже прав.

Эти дни, дни подготовки к ритуалу были напряженными. Сэр Кристофер был погружен в расчеты. Он составлял новые протоколы взаимодействия для артефакта с учетом включения в его структуру второй души, прописывал инструкции, корректировал контуры, и предварительно перенаправлял силовые потоки.

Я в основном нервничала. И проводила ритуалы настройки. И нервничала. И пила подготовительные зелья. И нервничала. И убеждала Эльзу и Айрис, что все в порядке и ничего страшного не произойдет, получала в ответ от обеих волны то недоумения, то снисходительного терпения — и да, нервничала. Если между всеми этими делами у меня выдавалась свободная минутка, я ловила Мистера Ящерицу, и еще немножко нервничала с ним вдвоем.

А теперь, когда ритуал начался и я могла наблюдать за ним через бинокуляр — то ли во мне возобладало научное любопытство, то ли вступили в действие успокоительные сэра Кристофера, но волнения отступили. И как же мне было хорошо без них!

Пространство вокруг, тем временем, окончательно перестало изображать сошедшую с ума геометрию, мир выровнялся, но взамен налился цветами и сочным светом — здесь, в подвале, где находилось средоточие магического дома, концентрация магии была необычайно велика, и откалиброванные на более тонкие процессы бинокуляры слегка засвечивало.