Месть кровавого жнеца

— Может, мы уже пойдем наконец? Или дождемся, пока нас кто-то заметит? — не дожидаясь остальных, Саша направилась по дорожке к главному входу, против воли глядя только на лежащее на земле тело Светланы.

Остальные, наоборот, старались в ту сторону не смотреть. Дверь, как они и думали, оказалась открыта, поэтому попасть внутрь не составило проблем. В гостиной ничего не говорило о произошедшей трагедии. У дивана на столике Войтех обнаружил опрокинутый бокал вина и почти пустую бутылку. Это могла быть как случайность, вызванная легким опьянением, так и свидетельство внезапного испуга.

— А как она выглядела? — спросил он, оборачиваясь к девушкам. — Не была похожа на пьяную?

— Двигалась она немного странно, — припомнила Лиля. — По крайней мере, когда она открыла окно, она словно потеряла равновесие и нырнула вниз, даже не попытавшись вылезти более безопасным способом.

— Хм, интересно, ее так развезло с трети бутылки вина? — не поверил Войтех, хотя на него самого алкоголь даже в малых дозах всегда действовал разрушающе.

— Уж кто бы говорил, — фыркнул Ваня.

 — Сам что пил, когда в Праге нам про братца своего рассказывал?

— Это был джин, и на мою координацию он не повлиял, — смущенно возразил Войтех. — Лучше проверь мусорное ведро, — попросил он, чтобы сменить тему. — В прошлый раз самое интересное нашлось там.

— На координацию он не повлиял, — проворчал Ваня, направляясь на кухню. — Это потому что ты на диван сразу упал и больше не вставал.

Он открыл дверцу ящика под мойкой и вытащил оттуда мусорное ведро.

— Опять я в мусорке копаться…

Он включил тусклый бра над обеденным столом и пожалел, что все же отказался от хозяйственных перчаток: Светлана не утруждала себя ежедневным выносом мусора, поэтому запах сразу появился соответствующий.

Первым делом ему в глаза бросилась пустая бутылка вина.

— Народ, она не с трети бутылки так опьянела, — громко объявил он. — Тут еще одна есть. И куча каких-то рваных бумаг.

— Что за бумаги? — сразу заинтересовался Войтех, поскольку больше ничего решительным образом не привлекало его внимания. Он прошел на кухню к Ване и присел рядом с ведром.

Поскольку его руки уже были в перчатках, он без особых колебаний достал несколько кусочков бумаги, пожелтевшей от времени, и попытался прочесть напечатанный еще на машинке текст. — Похоже на какие-то официальные документы. Что-то… про усыновление…

— Черт, не успели ее опросить, — досадливо вздохнул Ваня, кончиками пальцев подцепляя еще один скомканный лист бумаги и вытаскивая его из ведра.

— А собирались? — поинтересовалась появившаяся на пороге кухни Саша.