Месть кровавого жнеца

— Заходите, — лаконично велела она.

Нев не заставил просить себя дважды. Он последовал за хозяйкой в дом, та проводила его на кухню, которая была значительно меньше кухни в их доме и соединялась сразу с гостиной, а не со столовой, но все здесь было таким же красивым и новым, как у них. Повинуясь приглашающему жесту, Нев поставил тарелку с печеньем на кухонную стойку и сел на высокий стул. Дарья включила чайник и достала из шкафчика пару чашек.

— Как вас зовут? — поинтересовалась она в процессе.

— Сочувствую, — она забавно округлила глаза, услышав это имя.

Нев рассмеялся. В обществе этой женщины ему было на удивление легко. И то, что обычно вынуждало его краснеть, заикаться и испытывать неловкость, сейчас только вызывало улыбку.

— Мое полное имя — Нурейтдинов Евстахий Велориевич. Вот теперь можете сочувствовать.

— Я смотрю, родители вас заранее за что-то ненавидели, — фыркнула Дарья, заливая кипяток в маленький заварочный чайник. В кухне моментально запахло бергамотом. — При таких фамилии и отчестве, они еще и имя выбрали нелепое.

— Совсем нет, — Нев ничуть не обиделся на это резкое предположение. — Родители меня любили, мама просто считала меня необыкновенным, поэтому и имя попыталась дать небанальное.

Дарья слегка нахмурилась, ставя на стойку чайник и пододвигая второй табурет так, чтобы сидеть напротив своего гостя, а не рядом с ним.

— Извините, если задела, — неожиданно мягко попросила она. — Иногда я проецирую. Это мои родители заранее меня ненавидели, поэтому и бросили в роддоме.

— Вы сирота? — ухватился за ее слова Нев, поскольку это было подходящей ниточкой, которая могла привести их разговор к нужной теме.

— Да, я всю жизнь сама по себе.

— Вас не удочерили или вы просто не прижились?

Она посмотрела на него с долей удивления.

— Браво, Сташа… Можно я буду называть вас Сташей? Мне кажется, так сокращается это имя?

— Как вам будет угодно, — Нев снова не сдержал улыбку. При ближайшем рассмотрении Дарья оказалась довольно веселой. — Только я тогда буду звать вас Дашей.

— Да хоть Катей, — отмахнулась та, осторожно снимая фольгу с тарелки. — Мне нравятся люди, которые задают прямые вопросы, а не ходят вокруг да около, стараясь не задеть чувства и не навлечь на себя гнев ведьмы. Вы же знаете, что меня считают ведьмой?

— А я этого не говорила, — она улыбнулась, откусывая печенье. — Хм, очень вкусно. Только не говори, что сам его пек, — подначила она, внезапно переходя на «ты». Вот так просто, хотя Неву всегда казалось, что что-то в нем заставляет людей держать дистанцию.

— Это очень простое печенье, его даже ребенок может испечь.

— Я не умею печь, я и готовить-то не умею, — неожиданно призналась она.