Месть кровавого жнеца

— Да какой Жнец, Надежда Дмитриевна? — недовольно перебила ее Анна.

В этот момент из дома Степана вышел невысокий полный мужчина в форменной полицейской одежде. Его лицо походило на перезревший помидор, а лысина, украшавшая голову, в лучах утреннего солнца сверкала капельками пота, как будто на улице было не меньше тридцати градусов жары. Подойдя к калитке, он окинул взглядом собравшихся людей и мрачно заявил:

— Граждане, прошу никого не расходиться, сейчас мои подчиненные возьмут у вас показания.

— А что случилось-то? Его убили? — спросил кто-то из соседей.

Полицейский сначала не хотел отвечать, но когда вопрос повторился несколько раз и среди собравшихся прокатилось заметное волнение, громко сообщил, чтобы слышали все:

— Граждане, показания — просто формальность. Признаков насильственной смерти нет, чужого присутствия тоже. Не беспокойтесь, у вас тут все в порядке.

— Да уж, все в порядке, но в течение недели один человек пропал, а второй умер. И это в поселке, где едва ли наберется сотня жителей, — проворчал муж Анны.

В этот момент из дома вышли еще двое мужчин, неся в руках носилки с накрытым простыней телом. Соседи, уже снова обсуждавшие одновременно смерть Степана, пропажу Валерия и легенду о Кровавом Жнеце, замолчали и расступились.

— Пожалуйста, кто обнаружил тело, подойдите ко мне, — снова попросил тот же полицейский. — Остальных сейчас тоже опросят. Это не займет много времени.

— Что-то мне подсказывает, что расследовать снова никто ничего не будет, — тихо прокомментировала Саша.

— Похоже, они не считают, что тут есть криминал, — фыркнул Ваня, а потом громко поинтересовался: — А чего он помер-то? Сердце, что ли?

Полицейский неодобрительно посмотрел на него, но, заметив в глазах собравшихся равный интерес к причине смерти, проворчал:

По толпе прокатился одобрительный ропот. Даже Войтех, общавшийся со Степаном всего два раза, понимающе кивнул. Тот действительно пил за троих.

— Посмотреть бы, что там внутри, — тихо заметил Ваня полувопросительным тоном. — А то, может, они тоже следов какой-нибудь собаки не заметили?

— Потом посмотрим, — так же тихо заверил его Войтех. — Когда все разойдутся.

— Вы чокнутые, — констатировала Лиля. — Но если уж пойдете, было бы неплохо провести анализ того, что он пил. Возьмете?

— Думаешь, может быть яд?

— Ну, если бы я хотела отравить кого-то, то подмешала бы яд в то, что человек часто употребляет.

— Хорошо, — пообещал Войтех. — Возьмем пробы из всех открытых бутылок.

Утро затянулось, хотя полицейские и старались провести опрос «свидетелей» как можно быстрее, ограничиваясь вопросами вроде: «Вы ничего не видели или не слышали ночью?» Такая формулировка уже сама по себе подразумевала отрицательный ответ, который все и давали.