Моя до полуночи
Уэстклиффы не раз приглашали к себе людей, которые вели себя гораздо хуже.
– И тоже выпускали на обеденный стол ящериц? Господи, неужели им не хватает компании?
– Они с большим терпением относятся к чудачествам. – Помолчав, он добавил: – Чего они не приемлют, так это грубости и бессердечия.
Она поняла намек на ее брата.
– Лео никогда не был бессердечным. – Она крепко обхватила себя руками, будто хотела защититься. – Он лишь с прошлого года стал таким невыносимым. Сам на себя не похож.
– И все из-за того, что он унаследовал титул?
– Титул здесь ни при чем. Это потому, что… – Она отвернулась от Роана и сглотнула, а он услышал нетерпеливое постукивание ее ноги, скрытой под платьем.
Амелия помолчала, сглотнув ком, подступивший к горлу.
– Лора заболела одной из первых. Лео оставался с ней каждую свободную минуту.
– А остальные не заболели?
– Нет, я уже отослала Беатрикс и Поппи. А мы с Меррипеном по непонятной причине оказались невосприимчивыми к болезни. Он помог мне ухаживать за обоими. Без его помощи они бы оба умерли. Меррипен приготовил сироп с какой-то ядовитой травой, который…
– Это, наверное, была белладонна или, как ее еще называют, сонная одурь, – подсказал Кэм.
– Да. – Она посмотрела на Роана с любопытством: – А вы откуда знаете? Наверное, от своей бабушки?
– Сложность в том, чтобы знать, какое количество противодействует яду в крови, и не навредить пациенту.
– Слава Богу, оба выздоровели, но, как вы, наверное, уже заметили, Уин все еще очень слаба, а Лео… ему на все и всех наплевать. Даже на себя. – Она опять застучала ногой. – Я не знаю, как ему помочь. Я понимаю, как это тяжело – потерять любимого человека, но… – Она беспомощно пожала плечами.
– Вы имеете в виду мистера Фроста, – сказал он. Амелия глянула на него искоса и густо покраснела.
– Откуда вы знаете? Это он вам сказал? Или до вас дошли слухи… или…
– Нет, ничего такого. Я просто все понял, когда вы с ним разговаривали.
Амелия обхватила ладонями свои пылающие щеки.
– Боже милостивый. Неужели так легко прочитать все по моему лицу?
– Возможно, я один из Phuri Dae, – улыбнулся он. – То есть мистический цыган.

















