Мраморный рай

— Пока ты был без сознания, тебя смотрели здешние медики… Педики… Главное, я им говорю…

— Можешь не продолжать, — перебил Сергей. — Каков прогноз?

— Говорят, пара дней тебе осталась. Вообще не понимают, как ты с такими делами еще по земле ходишь. У меня есть, ясное дело, версия, но я ее при себе держу… Говорят, нужно серьезное обследование…

Он еще бубнил что-то — полувиновато (может, врал), полуутешающе, но Сергей уже думал о своем. Значит, не успею, говорил он себе. Все переживания и огорчения отступили, его охватила совершенная апатия. Можно пролежать в палатке не двигаясь, до самого конца.

Сорок восемь часов — совсем немного… Велик соблазн…

А как же Денис? Полина не простит.

Простит. Я сделал все, что мог, она это видела. И мальчишка не пропадет. Макс его не бросит, воспитает. Жаль, конечно, думал он отстраненно, почти с безразличием, что так вышло, но иногда обстоятельства оказываются сильнее, сколько ни борись.

— Мы идем искать Возницына, — сказал Макс.

— Время еще есть. Если он жив — мы его найдем. И он тебе поможет. Не надейся, что я повешу себе на шею обузу в виде твоего сына.

Он, конечно, мальчишка славный, но мне такая ответственность на фиг не нужна. Хочешь, поговори с Людмилой. У нее двое, будет третий — вдруг не откажет?

— Сволочь ты, — сказал Сергей.

— Мир такой, — осклабился Макс.

— В чем дело, можешь ты мне объяснить? Почему Возницын пропал именно сейчас, через день после нашего появления в метро? За что убит этот, как его… Литягин… да еще так странно — стрелой?!

— Михеев считает, с нами это не связано…

— Он говорит, некие силы начали подрывную деятельность на линии с целью эскалации социальной напряженности и в дальнейшем, если все пойдет, как у них рассчитано, — паники.

Затронули одну из важнейших областей — медицину. Представляешь, что тут начнется, оставь людей без врачебной помощи и лекарств? А стрелы — просто сбить со следа, запутать.

Сергей пришел к выводу, что идея выглядит связно.

— Как ты собираешься искать Возницына?

— Мы, — жестко заявил Макс, — Не я, а мы. Ты пойдешь. Тебе плохо, я понимаю… Но ноги пока не отнимаются? И кому это больше всех надо? Двинем в сторону «Площади Ильича», где располагается руководство Калининской конфедерации.

Поиск начнем оттуда. Перед дорогой тебе вколют поддерживающие препараты, я договорился. Вообще-то для чужаков они платные, но мы внесли достаточно… Михеев даст команду.

— Я не могу… — сказал Сергей. — Опять идти куда-то… Когда мы бежали из колонии, была цель: спастись от насекомых, добраться до метро, сына спасти из этого треклятого мира, довести его до убежища… Ну и надеялся, что лекарство дадут, что еще смогу потянуть. Но теперь… Я больше не верю. И не могу.