Мы играем в пистолеты

Я засмотрелась на это кино, наблюдала, как Гена жестикулирует, но голоса его слышно совсем не было, удивительное дело, обычно басит, как больной. Так вот, я засмотрелась, и не сразу заметила, что парчовая шторка, за которой дверь скрывалась, дёрнулась, а за тем из-за неё выступила та самая хрупкая блондинка, да не одна! За ней шёл мужчина в годах, а следом и Филин появился. Все трое выглядели чрезвычайно довольными друг другом, настолько, что я поневоле нахмурилась. Блондинка подхватила под руку пожилого мужчину, засмеялась в ответ на какие-то его слова, и они все втроём двинулись к выходу, то есть, прямо на меня.

Я не сразу сообразила отвернуться, разглядывала девушку, а потом глаза на Филина перевела и тут же вспыхнула. Он на меня так глянул, что у меня коктейль в горле встал. Повернулась к ним спиной и, наконец, кашлянула, пытаясь горло прочистить. А сама старательно прислушивалась, ловя каждое их слово.

— Кирилл, я позвоню тебе завтра. Хорошо? — Голос девушки звучал нежно и уверенно. Я всё-таки не удержалась и бросила быстрый взгляд через плечо. Она по-прежнему держалась за локоть мужчины, но улыбалась Филину.

— Если оторвётся от магазинов, — рассмеялся мужчина.

— Позвонишь, когда сможешь, — сказал Кирилл. — Можешь прямо из магазина.

— Не слушай его. Я позвоню завтра утром, и мы с тобой всё обсудим.

— Конечно, — вроде бы удивилась она.

Филин снова на меня посмотрел, и мне пришлось отвернуться. У меня так сердце бухало, словно кроме него внутри и не было ничего, пустота. Тревога подкралась и всё остальное — мысли и чувства, вытеснила. Эта девушка со своим папой всерьёз меня беспокоила.

Троица из зала вышла, а я Егора к себе поманила, мило улыбнувшись мужчине, который ждал свой заказанный виски, а когда бармен ко мне подошёл, я его за грудки схватила и притянула ближе.

Он глаза на меня вытаращил, рот открыл, а потом к уху моему наклонился и зашептал. Тут уже рот открыла я, пребывая в шоке от услышанного.

Егор отодвинулся, руку мою от своей груди убрал и плечами пожал.

— Ника Алексеевна, — просительно затянул он, а я в сторону посмотрела, оставив его в покое. Некоторое время сидела, переваривая информацию, потом глубоко вздохнула и тихо, себе под нос проговорила: — Что ж, становится всё интереснее.

В зал Кирилл вернулся один. Довольный собой, на губах ленивая ухмылка, рукав пиджака одёрнул и подошёл к одному из столов, поздоровался с кем-то. Минуту о чём-то беседовал с гостями, а после уже, не торопясь, направился к бару. За моей спиной остановился, рукой упёрся в барную стойку, касаясь своим локтем моей спины, и на ухо шепнул:

Я молча смотрела на его профиль. Наблюдала за тем, как он из моего бокала отпивает и морщится.

— Какая же ты скотина, — начала я очень тихо. — Я тебя ненавижу.