Наша игра

Укради, предай, убей. Умри ты сегодня, а я завтра.

Березовец собрался, надел не форму, а гражданское, вышел. «Крузер» виднелся в сгущающейся темноте рядом с бывшим магазинчиком. Тут вообще каким-то чудом уцелело очень патриархальное место на берегу реки Карлутка. Посмотришь – и как будто сейчас семидесятые годы прошлого века и городишко на десяток тысяч жителей. Такие магазинчики – это типовой проект, их строили как сельпо.

– В бардачке посмотри.

Березовец открыл бардачок. Там был пистолет передельный и ксива с мечом и щитом.

Он открыл ксиву, там была его фотография. Потер в пальцах бумагу.

– Фуфло. Бумага не та.

– Ерунда, нам не в основное здание заходить. На один раз хватит.

– На какой – один раз.

– Тут недалеко в новом доме – адрес Дьячкова, там его баба живет. Ее надо увезти.

– И чо, для этого ксива ФСБ нужна?

– Старшие сказали, она недоверчивая. А Дьячков сам с ФСБ мутит. Надо решить тихо и без стрельбы. Заодно и в другое место успеем.

– Какое другое место?

Майор показал фотографию на телефоне.

– Безуглый, как раз тот фээсбэшник, который с Дьячковым контачит. Старшие сказали – его надо на ноль помножить. Я другую группу направил, но если успеем – сами подскочим. Там – шпана, опыта еще нет настоящего.

Капитан схватил своего шефа и подельника за рукав.

– Ты чего, старшой? За сотрудника ФСБ – вышка без вариантов.

– Это ты поздновато вспомнил. На вышку свою мы оба уже наработали.

Майор Белый достал сигарету, помял в пальцах, но закуривать не стал.

– Как думаешь, долго мы так рысачить будем?

– Недолго. Рано или поздно уберут, потому что знаем уже много. Тут как в спорте: или выходишь на уровень выше, или… досвидос. Вот этим делом мы и выйдем на уровень выше. Войдем в доверие.

– Кокнут… – передразнил майор, – на вот, послушай.

Он проделал какие-то манипуляции с часами – и вдруг в машине зазвучал тихий, как будто из пространства исходящий голос.

– Ты чего, пишешь? – сказал капитан.

– Ага. Знаешь, как в том анекдоте? Заходит Василий Иванович к Петьке, а тот сидит и что-то пишет. – Петька, ты чего там пишешь? – Да вот, Василий Иванович, оперу пишу. – Оперу? Опера – дело хорошее. А про меня напишешь? – Напишу. – А про Фурманова? – И про Фурманова напишу. – А про Анку? – И про Анку… Опер про всех сказал писать!

– Новосельцева убили, слыхал? Дьячков и убил. В министерстве движуха. Если сделаем – мне пообещали городской угрозыск. Ты идешь ко мне замом. А если кинут…

Белых показал на часы.

– То кое-кто послушает мою оперу…

Они поставили «крузер» у больнички, потому что во двор заехать было нельзя – забор и шлагбаум. Белый набрал номер и тут же дал отбой. В ответ – мелькнул проблеск фар – за забором, на охраняемой территории.

Они выбрались из машины и пошли.