Наша игра

Пришлось подчиниться, а то разговор недолгий, бульк – и в воду…

Московские в сопровождении сявок, которые тут администраторами назывались, прошли на вторую палубу, где их уже ждал местный блаткомитет. Который назывался «совет директоров ЗАО „Канавинский рынок“».

– Вечер в хату, – сказал, заходя, представитель московских.

– Жизнь ворам, – ответствовал кто-то из канавинских.

Зашли. Расселись. Официантки обнесли напитками.

– Со всем уважением, – начал представитель московских, – мы бы хотели поднять вопрос по торгу.

– А какой вопрос по торгу?

– Наши пришли на торг с Ижевска, их встретили как чужих, с места согнали. Это разве дело? Мы с вами хоть и не в деснах, но нормальные отношения поддерживаем. Что это за дела такие делаются?

Старший у нижегородских покачал головой.

– Дима, твоих никто как чужих не встретил. Встретили как и всех, место дали. В чем предъява, я не пойму.

– Предъява в том, что у завода было свое место. Нам же дали на отшибе.

– Так то у завода. А ты перекуп.

– Не, а в чем разница-то?

Старший у нижегородских принялся обстоятельно разъяснять.

– Разница в том, что мы будущее в прямой торговле с заводов видим. А ты перекуп, у тебя свое место, но не заводское. Нам интересно, чтобы с заводов люди приходили, торг вели, потому им и условия лучше.

– Мы прямо с завода берем.

– Разницы нет. Прямо, криво – ты все равно перекуп. А мы свои интересы блюсти должны. Завтра, если у нас не будет заводских цен на торге, нам торг Казань или Самара перехватят или кто другой. Тут не по тебе конкретно вопрос, не принимай на свой счет. Это общее решение.

– Есть нюанс. Завод теперь наш. Мы там своих людей поставили.

– Дима, я этого не знаю. Для меня ты перекуп. Обоснуешь, что нет, базар другой будет. Нет – извини.

– И как тебе обосновать, – спросил другой московский, – мамой поклясться?

– А ты кто будешь? – поинтересовался нижегородский.

– Допустим, деловой.

– Деловой. Ну, так и тема твоя – в деловых рядах, где вас и поставили.

– Как обосновать? – спросил первый.

– К осени подводить итоги будем. Пусть люди с завода приедут, подтвердят, все как положено и на бумаге. Не первый день живем, да?

Московские зло смотрели на нижегородских.

– Претензии имеете? – участливо поинтересовался председатель совета директоров ЗАО «Канавинский рынок»?

Старший из московских встал.

– Не имеем, – выдавил он из себя.

Московский пошел, у самой двери повернулся.

– Давишь, давишь. Смотри, не передави, Хромой.

– И тебе доброй дороги…

Когда совет директоров ЗАО «Канавинский рынок» остался один, один из блатных поинтересовался у старшего:

– Не круто, Хромой? За ними чехи стоят и фейсы бывшие.

– Норм… – сказал авторитет, прихлебывая чифирь, – мы кругом правы. Правила одни для всех, тарифы тоже – мы лишнего не берем.