Навязанная жена. Нелюбимая

Застыв на середине пути, я молча наблюдала за тем, как прекрасная леди Морентон… мама… моя милая мама, которая нисколько не изменилась за эти годы, даже еще сильнее похорошела, забыв о нормах и правилах, подбежала ко мне и обняла так сильно, что у меня сбилось дыхание. Или причиной нехватки кислорода стал противный ком у горла, который я никак не могла проглотить?

– Франческа! – прошептала мама.

Отстранившись, она взяла мое лицо в руки и внимательно осмотрела. Она пристально изучила каждую черточку, замечая каждое изменение, которое произошло со мной за эти годы. Я послушно замерла, позволяя ей все, что она захочет. Ее светло-голубые глаза с золотистым ободком смотрели так нежно, что ком в горле стал еще больше.

Никогда не думала, что так соскучилась по ней, по ее прикосновениям, по улыбке и голосу. Все эти годы я гнала от себя мысли о прошлом, вспоминала лишь о плохом, чтобы не травить себе душу. А ведь было и хорошее. Много хорошего.

– Какая ты стала взрослая! – сморгнув подступившие слезы, произнесла она и отступила, чтобы рассмотреть меня целиком.

Я оставалась в дорожном платье из добротной, но тонкой черной шерсти, нити которой были специально замагичены на удержание тепла и комфортного состояния. Воротничок-стойка подчеркивал длину моей шеи, длинные рукава с узкими манжетами изящество запястий, красивый силуэт делал талию уже, а юбка небольшой пышности демонстрировала мою хрупкость.

– И какая красивая, – с мягкой улыбкой прошептала матушка. – Но не слишком ли много… черного? Мы привезли твои платья, портниха готова быстро подогнать их под твою фигуру.

Я помнила эти платья: нежно-розовое, светло-желтое, пастельно-бежевое, небесно-голубое, приглушенно салатовое, невинно мятное и так далее. Ни капли черного или хоть немного темного.

– Спасибо, мама, но у меня все есть, – ответила я и перевела взгляд на приблизившегося к нам отца.

Он был все такой же высокий, мощный и сильный. В светлых волосах уже поблескивала седина, но еще больше ее обнаружилось в короткой аккуратной бородке. Серо-зеленые глаза в обрамлении золотистого ободка силы смотрели прямо на меня.

– Здравствуй… отец. – Я немного споткнулась на обращении, не зная, имею ли право так его называть. После побега он вполне мог отказаться от меня.

– Ты все-таки приехала, – проговорил он после небольшой паузы.

Я так и не поняла, обвинял он меня в приезде или был рад видеть, но уточнять не стала. Обниматься он не спешил, и я не стала настаивать.

– Алфея была очень настойчива.

– Ты не менее настойчиво отказывалась.

К нам подошел мой старший брат. Будучи правой рукой отца, Андреас очень походил на него, особенно сейчас, когда начал отпускать бороду. Мое сердце болезненно защемило.