Неслучайный роман (СИ)

Как только дверь захлопнулась она рванула с такой скоростью, что пришлось бежать изо всех сил, чтобы не потерять ее из виду. Именно поэтому мы со Святом не успели обсудить ситуацию в кабинете и были совсем не готовы к тому, что увидели, когда дверь перед нами распахнулась и мы на полном ходу в нее влетели.

Это было то, чего я боялась в глубине души больше всего.

Кристина рассказывала, рассказывала, рассказывала и не могла остановиться. Мы с Тедом сидели молча и старались даже лишний раз не двигаться и не дышать, чтобы не сбить то состояние неглубокого транса, в который она погрузилась, уйдя в воспоминания.

Анализатор давным-давно пропищал о готовности данных, но мы не шелохнулись. Думаю, Тед тоже в курсе про корабль фаранов, который подбили наши пару месяцев назад. Боюсь даже представить, что с ней делали тоже самое, что и с теми женщинами, остатки которых нашли на борту.

Я поняла, что не хочу это слышать.

Но Кристине надо было выговориться.

Это оказалось не так страшно.

Не так страшно, как я боялась.

Не так страшно по сравнению с тем, что делали с другими.

Мы поступили в полное распоряжение к сыну Арэ Фуургха - Тару Фее.

Нам повезло. Действительно повезло. Повезло ровно настолько, насколько не повезло остальным. Они попали в лапы к молодым Фарэ - обучающимся.

Мы как собачки обязаны были следовать за нашим хозяином, господином и повелителем - молодым Таром. Тар - изучающий, прошедший все стадии обучения, бывший Фарэ, будущий Арэ (если получится, конечно). У него стояли уже другие задачи и мы, можно сказать, оказались в более привилегированном положении. Нас изучали. Их пытали. Иногда казалось, что не было никакой разницы, но когда в результате ошибки очередного обучающегося погибал человек, либо сразу пара, становилось жутко от осознания того, что и мы могли оказаться на их месте. На место погибшего приводили нового человека и эксперимент продолжался.

Фараны относились к нам как люди к лабораторным мышам. Не было никакой жалости, никто не стремился понимать наши чувства, их интересовала только физиология. Им было интересно, как мы едим, спим, ходим в туалет, занимаемся сексом, умираем, как беременеют женщины, вынашивают плод, рожают.

Мы жили в одной огромной комнате без мебели, спали на голом деревянном полу, вместо одежды носили какие-то белые хламиды. Первое время было особенно тяжело, потом привыкли. В основном все держались парами, с остальными не хотелось даже общаться. Все боялись привязаться и испытать горечь утраты близкого. Мы и без того очень переживали за каждого.

Время шло, нас становилось все меньше и меньше и в конце концов настал тот день, когда поступила новая партия людей. Мы со Святом смотрели на них и ужасались.