Неверный муж моей подруги

— А поутру-у-у-у они встава-а-а-а-али! Кругом помя-а-а-а-а-атая трава! Да не одна-а-а-а-а трава помята-а-а-а-а! Помята мо-о-о-о-о-олодость моя-а-а-а-а-а! — голосила самая юная из участниц нашего шабаша, тихая девочка, представившаяся Ксюшей

— Ксюш, а Ксюш! — кураторша наша никак не могла расстаться с микрофоном. — Тебе лет сколько? Восемнадцать хоть есть?

— Когда твою молодость так помять-то успели, ты ее только надела, Ксюш!

— Она пришла-а-а-а, его там нету-у-у-у! Его не будет НИКОГДА-А-А-А! — вместо ответа проорала Ксюша и залилась слезами.

Я хотела добраться до нее, чтобы пожалеть, но тут девчонки затянули следующую песню:

— Огней так много золотых! На улицах Саратова!

…и я осталась на месте.

— Парней так много холостых! — старательно и от души вопили они. — А я люблю женатого!

Я сглотнула внезапно ринувшееся в горло сердце и попыталась подпеть, но голос сорвался на первом же звуке. Связки сжались в болезненном спазме, и я не сумела выдавить из себя ни слова. Только хватала ртом воздух, потому что дышать стало нечем. Снова, как в машине с Германом.

— Его я видеть не должна! Боюсь ему понравиться!

Ты можешь сколько угодно любить сложную музыку и заумные тексты настоящих поэтов, находить в них аллюзии и оммажи творцам прошлого, расшифровывать загадки и проходить запутанными лабиринтами смыслов.

Но однажды тебя навылет пробьет совсем простая песня, понятная даже людям, не окончившим школу.

Потому что она расскажет о тебе все так точно, так остро, так — в самое сердце…

— С любовью справлюсь я одна! А вместе нам не справиться!

…что ты будешь глотать слезы, глядя в темноту за окном автобуса и бояться повернуться, потому что сейчас, под эти слова, они все поймут по твоему лицу.

Мы еще добрый час колесили по городу, все еще распевая что-то — застольные кончились, перешли на «Короля и шута» и Цоя, но уже постепенно, одна за другой, мои собутыльницы отваливались. Садились в такси и разлетались яркими птицами по городу — каждая в свое гнездо.

Села в машину к молчаливому таксисту и я.

Попросила включить радио и ехала домой под французский шансон, прислонившись горячим виском к замерзшему стеклу.

Последние недели я убедила себя, что мне просто нравится кататься в машине по ночному городу. Смотреть, как мелькают огни, как летит навстречу освещенный фарами снег, слушать, как шуршат дворники и мурлыкает что-то мелодичное в колонках.

Но вот сейчас я была в машине, играла музыка, летел навстречу снег и даже от мужчины за рулем приятно пахло — и он умел быть ненавязчивым.

Только — все было не то.

Все было не то без Германа.

Я это слишком хорошо понимала и уже не удивлялась тому, что осознала сегодня вечером.

В мужа своей подруги.