"Новый Михаил-Империя Единства". Компиляцияя. Книги 1-17 (СИ)
Тут Николай вспомнил, что Михаил ведь как раз об этом и говорил ночью! Значит, он уже имел эту информацию о готовящемся заговоре! Он же говорил о заговоре генералов! Возможно, это и был сценарий захвата власти этим Комитетом – изолировать императора в пути и действовать от его имени! Если это так, тогда все эти слова о верности государю и готовности прекратить деятельность Комитета по высочайшему повелению лишь прикрытие этих планов. Или они заранее полагают, что высочайшее повеление будет отдано не Николаем? И этим новым заговорщикам был нужен пост наштаверха для осуществления своих целей и получения контроля над армией? Получается, что Лукомский является одним из ключевых звеньев в цепи заговора и, вероятно, он имеет прямое отношение к гибели Алексеева, должность которого и захватил.
Да и бунт в Петрограде, не возник ли он под непосредственным руководством Комитета, прикрывшегося глупцами из Думы, которые верили, что ведут свою игру? Кто знает, кто знает…
И все же кто за этим всем стоит? Кто разыграл столь потрясающую по красоте партию? Кто решил спровоцировать бунт, ликвидировать или взять под арест правительство и лично императора, а затем от имени государя взять власть?
Самодержец лихорадочно соображал.
Или ехать дальше? Куда? В Царское Село? Или в Москву? И попробовать лично удержать Первопрестольную, встав во главе города и гарнизона? Доедет ли он до Москвы? Но как же семья, Аликс, дети? Почему он не дал добро на отъезд их из Царского Села?
Николай смотрел в окно, не видя проносящиеся перед ним снежные вихри. Император вдруг понял, что он не зритель, он – затравленный волк, который внезапно осознал – его полностью обложили и бежать некуда.
Оставаться в Орше нельзя. Здесь он может оказаться в роли марионетки в руках Комитета. Особенно если именно об этом предупреждал Михаил.
Выехав в Москву, он бросает на произвол судьбы свою семью, которая находится в опасном соседстве с мятежной столицей. И один Бог ведает, что будет там завтра и не доберутся ли бунтовщики до Царского Села. А император уже не был так уверен в том, что царскосельский гарнизон сохранит лояльность августейшей семье.

















