"Новый Михаил-Империя Единства". Компиляцияя. Книги 1-17 (СИ)

Впрочем, учитывая опыт вчерашнего полета, риск был и просто от самого полета.

Но выбора у меня другого просто не было. Ведь не от тяги к приключениям я вновь и вновь взбираюсь в салон этого чуда техники начала XX века. Вот честно, я бы с большим доверием летел на дирижабле, пусть даже наполненном водородом, чем на этой огромной этажерке! Мне, пилоту третьего тысячелетия, конструкция этого аппарата представлялась предельно примитивной и крайне ненадежной. И я вполне понимал и разделял запрет на полеты членов императорского дома, хотя сам и нарушал этот запрет в третий раз.

Да и Сергея Михайловича подбил на полет в Москву.

Впрочем, сначала рвался со мной лететь и Николай, стремясь как можно быстрее попасть в Царское Село, но, во-первых, полученная телеграмма от Кирилла Владимировича несколько успокоила бывшего монарха, а во-вторых, Горшков наотрез отказался от лишнего пассажира, оперируя все теми же аргументами, как и в случае с Джонсоном.

Перед вылетом я получил телеграмму от Джонсона о положительных итогах переговоров с Милюковым и о том, что тот обязался надавить на Родзянко в плане прекращения борьбы.

Мне пришлось идти на эту сделку с Милюковым и обещать ему должность премьера, хотя я и представлял себе, кто такой этот самый Милюков, как и то, что он постоянно согласовывает свои действия и заявления с послом Великобритании сэром Джорджем Уильямом Бьюкененом, но выбора у меня не было. И поручив переговоры с Милюковым именно Джонсону, я гарантировал себе плотное информирование британских «союзников» о моем намерении и далее вести войну «до победного конца». Таким образом я пытался дополнительно успокоить Британию и Францию относительно моего восшествия на престол.

Я не мог допустить затягивания конфликта и погружения страны в чехарду присяг и переприсяг, гарантированно ведущих ее к гражданской войне. А единственным вариантом избежать этого является ситуация, когда Государственная дума и всякие там Временные комитеты Госдумы с разными Временными правительствами принесут присягу и признают меня законным императором. Тогда и исчезнет выбор между мной и Госдумой.

Конечно, Петросовет от этого никуда не денется и не станет меня признавать государем, но их влияние на события пока ограничено, и, насколько я мог судить по сведениям из Петрограда, ситуация с общественным мнением на улицах сейчас ощутимо отличается от той, какая была в это время в известной мне истории.

Этот чудесный слух о чуме, явление ВЧК на политическую сцену, а затем и быстрая смена царя благотворно повлияли на развитие событий, и сейчас столица хоть и находится в хаосе, но это скорее анархический хаос, чем революционный.