"Новый Михаил-Империя Единства". Компиляцияя. Книги 1-17 (СИ)

Мы должны позаботиться о тех ветеранах, которые возвращаются домой с фронта, и готовиться к тем славным временам, когда огромное количество членов Фронтового братства будут демобилизованы, мы должны им помочь добраться домой и устроиться в мирной жизни. А для этого тоже понадобятся отделения нашего Братства в каждом уезде. А впереди раздача земли, и тут мы должны помочь каждому ветерану отстоять свои права на подобающий надел. Мы должны заранее готовиться к объединению ветеранов в сельхозартели, для совместной обработки земли. Да так, чтобы все знали, что это ветераны объединились и там все серьезно.

Объединившись в такие хозяйства фронтовиков, в такие вот фронтхозы, ветераны смогут получать государственные субсидии и кредиты на покупку лошадей, коров, а может, и тракторов! И ведь фронтхозы могут быть не только аграрными! Ветераны должны показать всем, как нужно жить, как нужно работать, как нужно помогать друг другу. И как нужно следить за тем, чтобы и вокруг был порядок – на улице, в уезде, губернии и во всей России.

Я сделал паузу, слушая завороженную тишину в зале.

И приготовился поставить точку.

– Для воплощения в жизнь всего задуманного и для поддержки ветеранов-фронтовиков, я жертвую в пользу Фронтового братства десятую часть своего личного состояния. Верю, что и другие патриоты России последуют моему примеру.

Зал заседаний Государственной думы видел и более многочисленные собрания. Собственно, самих депутатов Госдумы тут была едва ли треть зала. Присутствовали представители дипломатического корпуса, военные, чиновники, и, конечно же, был и высший свет столицы, хотя и нельзя было сказать, что было их уж очень много.

Тем более что это собрание их вроде как и не касалось, поскольку именовалось высочайшей аудиенцией для прессы, а потому все, кроме газетчиков, прибыли сюда, можно сказать, из чистого любопытства.

Любопытство это, конечно, подстегивалось происходящими в столице событиями, но далеко не все равно решились прийти сюда, явно предпочитая выждать и посмотреть, что к чему, и теперь они явно мучились в ожидании вестей от тех, кто все же решился.

А у тех, кто все же прибыл в Таврический дворец, настроение постоянно менялось от плохого предчувствия к ощущению наступающей катастрофы, от облегчения от правильности идеи поскорее появиться пред ясны очи монарха (а то как бы не подумал чего и не усомнился!) до проклятий своей глупости из опасения попасть под горячую руку нового императора. А у Михаила рука тяжела, в этом успели убедиться многие.

Особенно пугала многих присутствующих царящая во дворце обстановка.